<--НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ

АКАДЕМИЯ МЕДИКО‑СОЦИАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ

КАФЕДРА ПРАКТИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

ДИПЛОМНАЯ РАБОТА

На тему:

Духовный кризис и способы его разрешения

Выполнила:Руководитель

студенткадипломной работы:

Хомутова Валентина НиколаевнаКоваленко Наталья Петровна

СОДЕРЖАНИЕ

Лист

Введение

В настоящее время, в период межнациональных, религиозных, политических войн, мы часто сталкиваемся с понятием кризис. Кризисные ситуации свойственны человеческой общности в любых исторических периодах. Кризисы свойственны самой человеческой природе.

Человек, в процессе становления, сталкивается с возрастными, эмоциональными, экзистенциальными кризисами, что свидетельствует о проявлении его психической – духовной природы.

Если возрастные кризисы очень часто связанны с гормональной функцией человека, то экзистенциальный кризис – это поиск жизненных целей, идеалов, смысла жизни вообще.

Для нашего времени характерна активизация психической – духовной жизни человека, это проявляется в акселерации, невротизации, падении нравов, с одной стороны, и устремлении к Божественности, с другой стороны. Духовность и духовная жизнь становится всё более актуальной темой для человека Запада и России. В России поиск духовного смысла и опор в жизни человека наиболее труден, так как исторически наше общество на долгое время было удалено от духовных знаний и были уничтожены традиции духовной жизни. Несмотря на то, что церкви и монастыри всё же существовали, духовное знание сохранилось как нечто архаичное и удалённое от реальной жизни людей.

Духовный поиск – это отражение проявления инстинкта альтруизма, который движет человеком в поиске гармонии, красоты, высшей любви. Этот поиск особенно необходим высокоразвитым людям, которые не могут довольствоваться обыденной жизнью, которые имеют пытливый ум и отрытое сердце.

Такие люди на этом пути часто сталкиваются с непримиримыми противоречиями реальной жизни, в которой нет места идеалам, в которой явно зло и неявна истинная любовь, в которой порок проник во все сферы жизни. Такие обстоятельства формируют очень сложные условия для становления чуткой, созерцательной личности. И не каждая личность в силах выжить в этих условиях.

Духовный кризис ‑ это проблема миллионов в нашей стране и во всём мире. Это результат столкновений разных идеологий и мировоззрений, это результат разочарований молодых предшествующими поколениям, результат нехватки образовательных систем, гармонично развивающих личность, их фактическая ограниченность.

Главная задача данной работы видится в том, чтобы создать достаточно ёмкое, многогранное и точное представление о духовном кризисе, рассказать о его модификациях, отличии от биографических, возрастных кризисов. Хотя, надо сказать, что биографический кризис может, как составляющая входить в духовный, о них достаточно много литературы.

Важно подчеркнуть отличие пиковых точек возбуждения при духовных кризисах от внешне похожих состояний при патологии, психопатических состояниях. Хотя и на это состояние в современной кризисологии есть свой, эволюционный взгляд, говорящий о позитивной роли психозов, в разрезе общей эволюции человека как вида.

Обзор литературы имеет целью ввести представление о глобальной эволюционной роли трансформации человеческого сознания, о её важности и высокой степени болезненности для переживающего её.

Мною, пожалуй, движет и некое, окрашенное личностной краской желание реабилитировать переживающих духовный кризис людей. Не дать им возможность потеряться в их огненной боли, безднах сознания и космических, лучевых и прочих видениях.

В Европе уже создаются, под руководством С.Грофа кризисные центры для помощи таким людям. Нуждающихся чрезвычайно много. И в то числе тех, кто никогда не занимался медитацией и духовными практиками. Просто наступило в эволюции Земли время решать этот вопрос. И в моей личной практике он весьма часто повторялся.

Люди склонны подчас отождествляться со своими болезненным состоянием, уходить в него на годы. И разрушаться, так и не найдя дорогу к созиданию.

Но всё-таки в мире есть опыт творческого отношения к духовному кризису, и примеры успешного прохождения через эти поля озарений и безумия, бессилия и всемогущества. Блестяще доказывают это авторы работ приведённых ниже в списке литературы. Для всех них – это не безумие, не деградация, не грех, но шанс в опасной ситуации, способ, которым природа учит нас различать малейшие детали в нашей бытовой жизни, психологии внутренних и внешних отношений. Мы познаём в этом процессе высоты и планы сознания такой широты, с которыми прежде никогда не сталкивались. И далеко не все обыватели и даже специалисты психологи и психотерапевты, психиатры когда-либо переживали подобное, а без личного опыта невозможно понимать такие процессы и тем более управлять ими – действительно помогать попавшим в духовный кризис человеку.

В данной работе излагаются возможные требования к кризисному центру у нас, в России. Даются факты и описания некоторых кризисных ситуаций. Тем более, что многие из них являются естественным продолжением изложенного в обзоре литературы, что указывает на эволюционное единство процесса – кризиса сознания человечества как целого.

В последней главе данной работы делается анализ перечисленных фактов и предлагается модель работы кризисного центра, который может осуществлять антикризисные программы. Ценность данного исследования заключается в возможности использования данного материала для разработки методических материалов по курсу “Кризисная психология” и для практического применения при психологической реабилитации.

1 Обзор литературы. ТЕОРИЯ ДУХОВНЫХ КРИЗИСОВ, МИРОВОЙ ОПЫТ

Кризис это…

Если вдуматься, то в нашей культуре трудно остаться вовсе незнакомым с проблемами кризиса. Всё больше людей, переживающих личностную трансформацию, испытывают духовный кризис, когда процесс роста и изменений становится хаотичным и подавляющим. Им кажется, что привычный мир рушится, прежние системы ценностей теряют смысл, а сама основа личной реальности претерпевает радикальные перемены. Иногда в их жизни неожиданно и драматически врываются новые сферы духовного и мистического опыта, порождая страх и смятение. Такие люди могут переживать глубокую тревогу, испытывать трудности в повседневной жизни, работе и взаимоотношениях с окружающими и даже беспокоятся за своё душевное здоровье (не случайно: современная психиатрия, к сожалению, не делает различия между такими эпизодами и психическими заболеваниями).

Однако, существует другая точка зрения, уже достаточно широко распространённая среди профессионалов психического здоровья и исследования духовного здоровья. Кризис рассматривается как стремительное преображение, возможность физического и эмоционального исцеления, как врата к более высоким уровням и новым способам бытия.

Идея о духовном возрождении и преображении имеет глубокие исторические корни. Достаточно вспомнить древнеегипетский культ Осириса и античный культ Адониса, связанные со смертью и возрождением. В христианской традиции эти идеи связанны с Воскресением и Преображением Иисуса Христа. Современные взгляды на духовный кризис соотносят процесс внутреннего обновления со “смертью” прежней личности.

Каким языком можно описать духовный кризис, чтобы лучше разглядеть его? Выдающиеся психологи, психиатры и духовные учителя пытаются ответить на вопросы: что такое духовный кризис и в каких формах он проявляется? Каково взаимоотношение между духовностью, “безумием” и исцелением? Какие надежды и разочарования присущи духовной практике? Чем друзья, семья и профессионалы могут помочь людям, находящимся в духовном кризисе?

Тысячи людей становятся пленниками собственного “безумия” и никто не может им помочь: традиционная психиатрия предлагает лишь очередные дозы фармакологических препаратов и лишает возможности осуществить прорыв, диктуя, как следует мыслить и чувствовать. Человек хочет измениться, родиться заново, но, не получив поддержки, с клеймом “безумца”, застревает на одной из стадий этого процесса.

Наше общество недостаточно гуманно по отношению к людям, испытывающим духовный кризис. Разумеется, работа с такими пациентами требует исключительной преданности. Но необходимы и специальные центры, организованные по типу хосписов, где квалифицированный персонал может поддержать людей в их личном бурном поиске. Гуманность любого общества оценивается по его отношению к старикам, детям, женщинам, преступникам и…безумцам [1].

Почему же людей, которые испытывают определённые переживания, в сегодняшнем мире почти неизменно рассматривают как душевнобольных?!

Чувство единения со всей Вселенной. Образы и видения отдалённых мест и времён. Ощущения вибрирующих потоков энергии в теле, сопровождающиеся спазмами и сильной дрожью. Видения богов, полубогов и демонов. Ослепительные вспышки яркого света всех цветов радуги. Страх надвигающегося безумия и даже смерти… Они испытывают это [2].

Обещания и опасности духовного кризиса

Китайская пиктограмма, символизирующая кризис, замечательно отражает идею духовного кризиса. Она состоит из двух основных знаков или радикалов, один из которых обозначает “опасность”, а второй – “возможность”. Таким образом, хотя прохождение через подобного рода состояние часто бывает трудным и пугающим, оно обладает огромным эволюционным и целительным потенциалом. Правильно понятый и рассматриваемый в качестве трудной стадии естественного развития, духовный кризис может привести к спонтанному исцелению различных эмоциональных и психосоматических расстройств, к благоприятным изменениям личности, к разрешению важных жизненных проблем и к эволюции в направлении того, что порой называют “высшим сознанием”.

Из‑за сопутствующих опасностей, равно как и позитивного потенциала этих состояний, люди, переживающие духовный кризис, нуждаются в квалифицированном руководстве со стороны тех, кто имеет личный и профессиональный опыт необычных состояний сознания и знает, как работать с ними и как поддерживать человека в этих ситуациях. Постановка таким людям диагноза патологии и безответственное применение по отношению к ним различных подавляющих мер, включая медикаментозный контроль симптомов, могут существенно помешать реализации позитивного потенциала процесса. Являющиеся следствием традиционного лечения долговременная зависимость от транквилизаторов с их общеизвестными побочными эффектами, утрата жизненности и компромиссный образ жизни представляет собой печальный контраст по сравнению с теми редкими случаями, когда трансформационный кризис человека встречает поддержку и понимание и может без помех достичь завершения [2].

Спусковые механизмы трансформационного кризиса

В некоторых случаях возможно идентифицировать ситуацию, которая, судя по всему, послужила пусковым крючком духовного кризиса. Это может быть чисто физический фактор, например, болезнь, несчастный случай или операция. В другой раз непосредственным толчком могут оказаться крайнее физическое истощение или недостаток сна. У женщин это могут быть аборт, роды или выкидыш; нам также известны ситуации, когда начало процесса совпадало с исключительно мощными сексуальными переживаниями.

Иногда начало духовного кризиса следует за сильными эмоциональными переживаниями. Это может быть утрата важных взаимоотношений, например, смерть ребёнка либо другого близкого родственника, конец любовного романа, развод. Сходным образом ряд неудач, увольнение с работы или утрата собственности также может послужить причиной для начала кризиса. Для индивидов, предрасположенных к кризису, “последней каплей” может быть опыт с психоделиками или сессия экспириенциальной терапии.

Однако одним из наиболее важных катализаторов духовного кризиса нам представляется вовлечённость а различные формы медитации и духовные практики. Эти методы специально задуманы для активизации духовных переживаний. Мы неоднократно встречались с людьми, чьи необычные переживания случались во время практики дзен, випассаны, Кундалини‑йоги, суфийских упражнений или христианской молитвы. По мере быстрого роста популярности различный восточных и западных духовных дисциплин всё большее число людей начинает испытывать трансперсональный кризис – вот ещё одна причина того, что правильное понимание и правильный подход к духовному кризису день ото дня приобретает всё большую важность [2].

Внутренние карты духовного кризиса

Спектр переживаний в состоянии духовного кризиса чрезвычайно широк: он включает в себя интенсивные эмоции, видения и другие измерения восприятия и необычные мыслительные процессы, а также различные соматические симптомы – от дрожи до чувства удушья. Однако мы установили, что содержание этих переживаний, судя по всему, распадается на три основные категории. Первая группа включает в себя переживания, тесно связанные с историей жизни индивидуума, ‑ это биографические категории. Переживания, относящиеся ко второй категории, сосредотачиваются на проблемах смерти и возрождения; из‑за тесной связи с травмой биологического рождения эта категория получила название перинатальной. Переживания третий категории выходят далеко за рамки обычного человеческого опыта и тесно связанны с коллективным бессознательным Юнга; мы называем эти переживания “трансперсональними”, поскольку они включают в себя мотивы и образы, источник которых находится вне индивидуальной жизненной истории.

Биографические аспекты духовного кризиса включают в себя повторное переживание и излечение травматических событий жизненной истории. Критические ситуации детства, такие, как физическое или сексуальное насилие, утрата родителя или любимого человека, близкое соприкосновение со смертью, болезнь или хирургическая операция и другие драматические события порой могут играть важную роль в кризисе трансформации. Эта область детально изучена и описана “биографически” ориентированными психотерапевтами.

Следующий уровень переживаний в духовном кризисе – перинатальный (от греческого “возле, около”, означающего с латинского, с другой стороны “относящийся к рождению”). Этот аспект духовного кризиса сосредоточен вокруг тем умирания и возрождения и разворачивается в структурах, столь тесно связанных со стадиями биологического рождения, что кажется относящимся к пробуждению памяти о собственном появлении на свет.

Так как большинство из нас сознательно не помнят собственного рождения, мы с трудом можем поверить, что переживания собственного рождения оказывает какое бы то ни било формирующее воздействие на человека. Недавние исследования, однако, предполагают обратное. Набирающее силу перинатальное движение в психологии, имеющее своим источником теории Отто Ранка – ученика Фрейда – и получившее новый импульс в исследованиях Дейвида Чемберлена и других, убедительно демонстрирует, что глубинная память о родовой травме обладает мощным воздействием на психику и может выводить на поверхность в последующей жизни.

Пробуждении памяти о собственном рождении нередко приводит к появлению навязчивых мыслей и образов, связанных со “смертью”, что отражает, с одной стороны, тот факт, что рождение – это драматическое и угрожающее жизни событие, а с другой стороны – что оно само является смертью по отношению к перинатальному периоду существования, единственному виду жизни, опыт которого имеется у плода. Люди, заново переживающие травму рождения, чувствуют биологическую угрозу своей жизни; это чередуется или совпадает с переживаниями борьбы за то, чтобы родиться или освободиться от каких‑либо очень дискомфортных форм скованности. Страх безумия, утраты контроля или даже неминуемой смерти может становится в этом состоянии столь ярко выраженным, что оно напоминает психоз.

Эти психозы нередко имеют глубокие духовные обертоны, переживаемые как мистическое раскрытие и воссоединение с Божественным. Они часто переплетаются с мифологическими мотивами из коллективного бессознательного, описанными Юнгом в качестве архетипов, что наводит на интригующее предположение о возможной функции перинатального уровня разума как своеобразного интерфейса между индивидуальным и коллективным бессознательным. Хотя многие удивительные темы и аспекты этой категории духовного кризиса и её взаимосвязи с биологическим рождением удачно отражены в книге Станислава Гроффа “Путешествие в поисках себя”.

В дополнение к биографической и перинатальной темам во многих случаях духовного кризиса присутствует ещё один важный компонент переживаний, относящийся к третьей категории, - эпизоды, имеющие отчётливо духовное или “трансперсональное” содержание. Понятие “трансперсональный” обозначает трансцендирование, или выход за пределы обычных границ личности, и включает в себя переживания, которые были названы духовными, мистическими, магическими, оккультными или паронормальными. Поскольку эти термины ассоциируются со многими популярными заблуждениями, верное понимание трансперсональной сферы крайне важно для правильной оценки проблем, связанных с духовным кризисом.

Лучше всего начать обсуждение этой сферы опыта с определения факторов, связывающих и ограничивающих нас в повседневной жизни и мешающих нам войти в контакт с трансперсональным измерением. В обычном состоянии сознания мы переживаем самих себя как физические существа, материальные тела, заключённые в оболочку нашей кожи. Аллан Уотс, знаменитый философ, популяризировавший восточные религиозные учения для западной аудитории, описывал эту ситуацию как “отождествление с эго, заключённым в тело”. При помощи пяти обычных чувств мы никогда не можем воспринимать что‑либо, кроме того, что происходит здесь и теперь, вещей и событий, присутствующих в нашем непосредственном окружении. Мы не можем видеть, что происходит в месте, от которого нас отделяет гора, слышать разговор, происходящий в отдалённом городе или ощущать мягкость шкуры ягнёнка, не прикасаясь а нему.

В неординарных состояниях сознания эти ограничения, по‑видимому, не действуют. Когда мы выходим на трансперсональную сцену, мы можем переживать географически или исторически отдалённые события так же живо, как если бы они происходили здесь и теперь. Мы можем принимать участие в событиях, происходившими с нашими предками, животными предшественниками или даже с людьми иных времён и культур, не связанных с нами отношениями родства.

Может оказаться, что границы нашей личности тают и мы можем отождествляться с другими людьми, социальными группами или всем человечеством. Мы можем действительно чувствовать, что стали вещами, которые обычно воспринимаются как объекты, находящиеся вне нас самих, например, животными, деревьями или другими людьми. В трансперсональных состояниях могут иметь место очень точные и реалистические переживания отождествления с различными формами жизни и даже неорганическими процессами, такими, как субатомные явления, описываемые в квантовой физике.

Но содержание трансперсональных переживаний не ограничивается миром вещей, относящихся к объективной реальности. Оно включает в себя элементы, которые западная культура вообще не воспринимает как объективную реальность: мы можем соприкоснуться с божествами или демонами, духами‑проводниками, с обитателями иных вселенных или с мифологическими фигурами, которые будут казаться нам столь же реальными, как и вещи, с которыми мы сталкиваемся в повседневной жизни. Таким образом, в трансперсональном состоянии мы не можем провести разграничение между миром “конвенциональной реальности” – миром нашей повседневной жизни – и мифологической реальностью архитепических форм.

Вышеизложенное может показаться абсурдным скептику, воспитанному в традициях западной науки. Почему эти переживания важны и какое отношение они имеют к проблеме духовного кризиса? Тот факт, что трансперсональные феномены кажутся реальными и убедительными, вовсе не означает, что их следует принимать всерьёз. Наш мозг обладает фантастической способностью хранить с фотографической точностью всё, что мы слышали, читали, видели в кино или по телевидению. Почему не может быть так, что мы просто составляем из этого невообразимого богатого материала бесчисленные последовательности образов, не имеющих какого бы то ни было более глубокого смысла или значения? И не будет ли пустой тратой времени уделять столь много внимания этим феноменам?

Эта точка зрения, сколь бы логичной она не казалась, не выдерживает проверки существующими данными. Исследователи, серьёзно изучавшие трансперсональные переживания, пришли к выводу, что это замечательные феномены, бросающие вызов самим основам традиционного западного мировоззрения. Трансперсональные переживания не могут быть объяснены как результаты нейрофизиологических процессов в рамках традиционного научного подхода, полагающего, что сознание пребывает исключительно в биологическом органе, находящимся у нас в голове.

Главным основанием для такого вывода являются неоднократные наблюдения того факта, что в такого рода переживаниях мы способны без помощи органов чувств непосредственно черпать информацию о мире из источников, находящихся вне определяемого диапазона индивидуальной психики. Переживания, связанные с нашими предками или с событиями истории нашей расы, с эпизодами жизни в иных культурах и памятью “прошлых жизней”, часто содержат точные и специфические подробности об одежде, оружии, ритуалах и архитектуре тех социальных структур и исторических периодов, с которыми мы лично никогда небыли знакомы.

Переживания отождествления с различными животными или нашими животными предками могут привести к экстраординарным догадкам относительно психологии животных, их инстинктов, привычек и правил поведения. Совершенно новая и удивительная информация часто возникает в переживаниях, относящихся к растениям и неорганическим процессам. Эта информация, как правило, значительно превосходит уровень знаний человека, получившего её.

Однако наиболее убедительные свидетельства в пользу подлинности трансперсональных феноменов даёт изучение внетелесных переживаний, при которых возникает ощущение, что сознание человека отделяется от тела и может, путешествуя, наблюдать события в различных местах. Точность наблюдений, сделанных во внетелесных состояниях, неоднократно подтверждалось исследователями околосмертных переживаний, которые часто влекут за собой внетелесные феномены.

Трансперсональные переживания, играющие критическую роль в духовном кризисе, - это экстраординарные события, заслуживающие серьёзного исследования. Было бы непростительной ошибкой рассматривать эти состояния ума как не имеющие значения побочные продукты патологии мозга.

С практической точки зрения более важным, чем подлинность информации, получаемой в трансперсональных состояниях, представляется их замечательный терапевтический и преображающий потенциал. Многие эмоциональные и психологические проблемы вызываются вытеснёнными и забытыми воспоминаниями о травмирующих событиях жизненной истории. Однако другие осложнения по видимому, происходят от пугающей или угрожающей информации, лежащей непосредственно под порогом осознания в перинатальной или трансперсональной областях. Сюда относятся многие травмирующие эпизоды из опыта рождения, переживания “прошлых жизней”, отождествление с раненным животным, демоническими архетипами и многие другие феномены. Когда при помощи тех или иных техник мы позволяем такого рода материалу всплыть в сознании, чтобы быть полностью пережитым и детально изученным, он утрачивает свою деструктивную силу, в ином случаи нарушающую естественное течение нашей жизни, и это может приводить к полному исцелению хронических психологических и физических проблем, происхождение которых ранее было неизвестно.

Подобным же образом глубокие позитивные и освобождающие переживания, такие как возвращение блаженных внутриутробных воспоминаний или чувства единения с природой, с другими людьми или с Божественным, обладают замечательным целительным воздействием. Они часто дают нам большее ощущение благополучия, обновлённую точку зрения на текущие проблемы и большее чувство цели и смысла в жизни. Эти экстраординарные возможности побуждают нас относиться к духовному кризису с огромным уважением и полностью содействовать реализации его целительного и преображающего потенциала [2].

Формы духовного кризиса

Проявление эволюционного кризиса сугубо индивидуальны, и нет двух схожих случаев его переживания. Внутри человеческой психики нет отчётливых границ; всё её содержание образует единый, неделимый континуум. К тому же фрейдовское индивидуальное бессознательное чётко не отделено от юнгианского коллективного бессознательного. Поэтому не следует ожидать, что различные типы духовного кризиса можно будет легко рассортировать по диагностическим ячейкам, явно отличающимся друг от друга.

Вначале мы приведём список наиболее важных разновидностей духовного кризиса [2], а затем дадим краткое описание каждой из них.

1. 1.Шаманский кризис. 

2. 2.Пробуждение Кундалини. 

3. 3.Эпизоды осознания единства (“пиковые переживания”). 

4. 4.Психологическое обновление через возвращение к центру. 

5. 5.Кризис психического раскрытия. 

6. 6.Переживание “прошлых жизней”. 

7. 7.Общение с духами‑проводниками и “контактёрство”. 

8. 8.Околосмертные переживания. 

9. 9.Переживания близких контактов с НЛО. 

10. 10.Состояния одержимости. 

1.5.1. Шаманский кризис.

Шаманизм является наиболее древней религией и целительской практикой человечества. Это универсальный феномен, возникший, скорее всего, ещё в палеолите и сохранившийся до нашего времени в большинстве доиндустриальных культур. Поэтому он явно связан с какими‑то очень фундаментальным и изначальными аспектами психики человека.

Карьера многих шаманов – знахарей или целителей – в различных культурах начинается с драматического эпизода непроизвольных мистических видений, которые антропологи называют “шаманской болезнью”. В течении этого времени будущие шаманы практически утрачивают контакт с окружением и испытывают мощные внутренние переживания, включающие в себя путешествие в “нижний мир” и нападение демонов, которые подвергают их неописуемым пыткам и испытаниям. Кульминацией этого нередко бывают переживания смерти и расчленения тела, за которым следует возрождение и восхождение в небесные сферы.

Когда эти эпизоды успешно завершаются, они могут оказывать глубокое целительное воздействие – не только эмоциональное состояние, но и физическое здоровье будущего шамана часто резко улучшается в результате подобного психодуховного кризиса. После такого кризиса человек становится шаманом и возвращается в сообщество в качестве его полноправного и почитаемого члена (более подробно эта тема обсуждается в книге Хольгера Кальвайта “Когда безумие благословенно…”).

Специалисты сталкиваясь со случаями, когда современные американцы, европейцы, австралийцы и азиаты переживали эпизоды, очень напоминающие шаманский кризис. Такие люди могут проявлять спонтанные тенденции к созданию ритуалов, тождественных ритуалам практикующих шаманов [2].

1.5.2. Пробуждение Кундалини

Проявление этой формы кризиса напоминает описания пробуждения “земной силы”, или Кундалини, которые можно найти в древней индийской литературе. Согласно йоге, Кундалини – это форма творческой космической энергии, которая в латентной форме пребывает в основании позвоночника человека. Она может активизироваться с помощью медитации, специальных упражнений, в результате непосредственного воздействия опытного духовного учителя, а иногда и по неизвестным причинам.

Активизированная Кундалини поднимается по каналам в “тонком теле”, которое описано в йогической литературе как некое поле не‑физической энергии, окружающее и пронизывающее физическое тело. По мере подъёма эта энергия очищает тело от скрытых травматических образований и открывает центры психической энергии, называемые чакрами. Хотя в йогической традиции этот процесс высоко ценится и считается благотворным, он небезопасен и требует квалифицированного руководства гуру, у которого Кундалини полностью пробуждена и стабилизирована.

Наиболее драматическими знаками пробуждения Кундалини являются физиологические и психологические проявления, называемые крийя. Это могут быть интенсивные ощущения потоков энергии и тепла, идущих вверх по спине, и связанные с ним спазмы, дрожь и скручивающие тело движения. Мощные волны, казалось бы, немотивированных эмоций, таких, как гнев, досада, возбуждение, радость и экстатический восторг, могут выходить на поверхность и на время захватывать психику. Часто это сопровождается видениями яркого света или различных архитепических существ, разнообразными внутренне воспринимаемыми звуками, а также переживаниями эпизодов, по‑видимому, связанных с памятью о “прошлых жизнях”. Общую картину довершают непроизвольные и часто неконтролируемые поведенческие проявления: “говорение языками”, скандирование неизвестных песен, позы и жесты йоги, разнообразные животные звуки и движения.

В последнее время явные признаки такого процесса наблюдались у тысяч людей на Западе. Один лишь Ли Санелла, психиатр и офтальмолог из Калифорнии, первым обративший внимание на “синдром Кундалини”, собрал данные о примерно тысячи таких случаев. Он обсуждает это материал в своей статье “Кундалини классический и клинический подходы” [2].

1.5.3. Эпизоды сознания единства “пиковые переживания”

В состояниях, относящихся к этой группе, человек переживает растворение личных границ и чувства единства с окружающими людьми, с природой или со всей вселенной. Этот процесс имеет отчётливый сакральный характер, он переживается как слияние с творческой энергией космоса или Богом. Обычные категории времени и пространства, судя по всему, трансцендируются, и у человека возникает чувство бесконечности и вечности. Эмоции, связанные с этим состоянием, охватывают диапазон от глубокого спокойствия и мира до переполняющей радости и экстатического восторга [  ].

Американский психолог Абрахам Маслоу, изучавший эти переживания у многих сотен людей, называл их “пиковыми переживаниями”. Описывая их, он остро критиковал западную психиатрию за её тенденцию путать эти состояния с психическими переживаниями. Согласно Маслоу, их следует считать сверхнормальными, а ненормальными феноменами. Если их естественному течению не мешают и не препятствуют, они обычно приводят к более эффективному функционированию в мире и к самоактуализации – способности более полно выражать свой творческий потенциал [2].

1.5.4. Психологическое обновление через возвращение к центру

Ещё один важный тип трансперсонального кризиса был описан американским психиатром и юнгианским аналитиком Джоном Уэйром Перри, назвавшим его “процессом обновления”. Для поверхностного наблюдателя переживания людей, вовлечённых в процесс обновления, выглядят настолько странно и экстравагантно, что может казаться вполне логичным связывать их с каким‑то серьёзным патологическим процессом, затрагивающим деятельность мозга.

Психика человека, переживающего такого рода кризис, выглядит колоссальным полем битвы космического масштаба между силами Добра и Зла, Света и Тьмы. Такие люди озабочены темой смерти – ритуального убийства, жертвоприношения, мученичества и загробной жизни. Их завораживает также проблема противоположностей, особенно вопросы, связанные с различиями между полами.

Они переживают себя в качестве центра фантастических событий, имеющих космическую значимость и важных для судеб мира. Их визионерские состояния имеют тенденцию переносить всё дальше и дальше назад во времени, через их собственную историю и историю человечества к моменту сотворения мира и к изначальному райскому состоянию. В этом процессе они, по‑видимому, стремятся к совершенству, пытаясь скорректировать то, что было неправильным в прошлом.

После периода смятения и волнений переживания становятся всё более и более приятными и начинают смещаться по направлению к разрешению. Этот процесс часто достигает своей кульминации в переживании “священного брака”, который происходит либо с воображаемым архитепическим партнёром, либо проецируется на идеализированного партнёра из реальной жизни. Обычно этот момент отражает достижение нового равновесия между мужским и женским аспектами личности.

В это время человек может испытывать переживания, связанные с тем, что в юнгианской психологии считается символами, представляющими “я” или самость, ‑ трансперсональный центр, отражающий нашу глубочайшую и подлинную природу и сравнимый с индуистской концепцией Атмана‑Брахмана, “божественного внутри”. В визионерских состояниях он проявляется в форме источника света неземной красоты, драгоценных камней, жемчужин и другого.

Обычно существует стадия, на которой эти восхитительные переживания интерпретируются как личный апофеоз, процесс, возводящий человека в чрезвычайно возвышенное или даже полностью сверхчеловеческое состояние великого лидера, спасителя мира или даже Властелина Мироздания. Нередко это сочетается с глубоким ощущением духовного возрождения, вытесняющим предшествующую озабоченность темой смерти.

Во время завершения и интеграции у человека обычно возникает образ идеального будущего – нового мира, управляемого любовью и справедливостью, где преодолено всё зло и все болезни. Когда интенсивность процесса ослабевает, человек понимает, что вся эта драма представляет собой психологическую трансформацию в общем и целом ограниченную рамками внутреннего мира героя.

Согласно Перри, процесс обновления развивается в направлении того, что в юнгианской психологии называется “индивидуализацией” – наиболее полным переживанием глубинного потенциала. Позитивный результат этих эпизодов и их многообразные связи с архитепическими символами древних культур свидетельствует о том, что процесс обновления вряд ли является случайным следствием функционального расстройства мозга. Более подробную информацию об этом типе духовного кризиса можно найти в статье Перри “Духовный кризис и обновление” [2].

1.5.5. Кризис психического раскрытия

При духовных кризисах любого типа довольно обычными являются усиление интуитивных особенностей и проявление паронормальных или психических феноменов. Однако в некоторых случаях поток информации от необычных источников – таких, как предвидение будущего, телепатия или ясновидение – становится столь подавляющим и приводящим в замешательство, что определяет общую картину и составляет главную проблему.

В число наиболее драматических проявлений психического раскрытия входят частые внетелесные переживания; когда они происходят, человеку кажется, что его сознание отделяется от тела и совершенно свободно и независимо путешествует повсюду. В этих состояниях можно наблюдать себя самого издалека, быть свидетелем того, что происходит по близости, или точно наблюдать события в местах, удалённых на тысячи миль. Внетелесные путешествия часто имеют место в околосмертных ситуациях, где точность этого видения на расстоянии была подтверждена систематическими исследованиями.

Человек, переживающий драматическое раскрытие психических способностей, также может настолько соприкоснуться с внутренними процессами других людей, что он кажется обладающим телепатическими способностями. Неосторожное высказывание в слух точных догадок относительно того, что думают другие люди, может вызывать у них столь сильное отчуждение, что они порой реагируют на это, подвергая человека, демонстрирующего подобные способности, принудительной госпитализации в психиатрической клинике. Верное предвидение будущих событий и восприятие отдалённых событий посредством ясновидения, особенно если они повторяются неоднократно и образуют впечатляющие группы, могут приводить в смятение переживающего их человека, равно как и тех, кто его окружает, поскольку они серьёзно подрывают наши обыденные понятия о реальности.

В переживаниях, которые можно назвать “медиумическими”, у человека возникает чувство утраты собственной личности и отождествления с другим лицом. Это может включать в себя принятие телесного образа, позы, жестов, выражения лица, чувств и даже мыслительных процессов другого человека. Опытные шаманы, экстрасенсы и духовные целители могут использовать эти переживания контролируемым и продуктивным образом. Однако в ходе кризиса психического раскрытия их внезапное и непредсказуемое появление и сопровождающая их утрата собственной личности могут быть очень пугающими.

Временами жизнь человека, переживающего кризис, кажется наполненным сверхъестественными совпадениями, которые связывают мир внутренних реалий, таких, как сновидение и визионерские состояния, с событиями повседневной жизни. Этот феномен впервые был обнаружен и описан Юнгом, который назвал его синхронностью. Важно знать, что эти чрезвычайно значимые совпадения являются подлинными феноменами; их не следует игнорировать и считать иллюзиями, как это часто бывает в современной психиатрии. Необычные проявления синхронности сопровождают многие формы духовного кризиса, но особенно типичны для кризиса духовного раскрытия.

Драматическое личное исследование этой разновидности духовного кризиса описано в очерке Энн Армстронг “Вызов психического раскрытия” [2].

1.5.6. Опыт “прошлых жизней”

Среди наиболее драматических и интригующих трансперсональных эпизодов, случающихся в неординарных состояниях сознания, выделяются переживания последовательности событий, происходящих в иные исторические периоды и в других странах. Они обычно сопровождаются мощными эмоциями и физическими ощущениями и нередко в мельчайших подробностях изображают людей, окружающую обстановку и историко‑культурный контекст, в котором они происходят. Их наиболее примечательным аспектом является убедительное ощущение личного воспоминания и повторного проживания чего‑то, что человек уже испытывал ранее.

Это явно тот самый вид опыта, который послужил основой для индуистской веры в перевоплощение и закон кармы. Согласно этому верованию, каждый из нас переживает целую вереницу жизней, а наша нынешняя жизнь определяется достоинствами и недостатками предыдущих жизней и, в свою очередь, формирует нашу судьбу в последующих воплощениях. Разнообразные формы этой концепции существуют во всех великих религиях Индии и духовных системах в других частях Азии, испытавших влияние буддизма. Однако сходные идеи также существовали совершенно независимо во многих культурах в разные периоды истории. И хотя мы не знаем, верно ли идея “прошлых жизней” отражает источник этих переживаний, их целительный потенциал заставляет воспринимать эти эпизоды всерьёз, независимо от того, что мы можем думать об их происхождении.

Когда содержание кармического переживания полностью проявляется в сознании, оно может внезапно “объяснить” многие до того не понятные аспекты повседневной жизни человека. Странные затруднения в отношениях с некоторыми людьми, необоснованные страхи, своеобразные идиосинкразии и пристрастия, равно как и смутные эмоциональные или психосоматические симптомы, теперь кажутся понятными в качестве “кармического наследия” “прошлых жизней”. Все эти проблемы нередко исчезают, когда данный кармический паттерн сознательно и полностью прожит.

Опыт “прошлых жизней” может представлять из себя проблему по нескольким причинам. Прежде всего его содержание всплывает и проявляется в сознании, человека в повседневной жизни могут преследовать сильные эмоции, физические ощущения и видения, о которых он не может сказать, ни откуда они берутся, ни что они означают. Поскольку они переживаются вне своего контекста, естественно, что они выглядят непостижимыми и совершенно иррациональными.

Ещё один вид затруднений возникает в том случае, когда особенно сильное кармическое переживание начинает всплывать в сознании в гуще повседневной жизни и мешает нормальному функционированию. Человек может чувствовать, что он вынужден отреагировать некоторые из элементов кармического паттерна ещё до того, как он полностью пережит и понят или “завершён”. Например, в возникающем переживании “прошлой жизни” нередко оказывается, что люди, окружающие человека в теперешней жизни, сыграли важную роль в “предыдущих воплощениях”. Таким образом, человек может стремиться к конфронтации со соей семьёй или друзьями, основываясь на том, что он переживает как взаимодействие с ними в “прошлой жизни”. Такого рода поведение может создать серьёзные и продолжительные затруднения во взаимоотношениях с другими людьми, которые не могут найти для него никаких причин.

Даже после того, как переживание “прошлой жизни” завершено и его содержание и смысл полностью осознаны, может оставаться ещё одна проблема. Человеку необходимо примирить своё переживание с убеждениями и ценностями западной цивилизации, которая игнорирует эти феномены и не имеет для них никакого объяснения. Эта задача не слишком трудна для тех, кто лишён сильной приверженности к общепринятому мировоззрению. Сами переживания настолько убедительны, что человек просто принимает их послание и может даже чувствовать по этому поводу приятное возбуждение. Но те, кто безоговорочно принимал западную рациональность и научную картину мира, могут на долгое время оказаться в замешательстве, столкнувшись с внушающими тревогу, но в высшей степени убедительными личными переживаниями, которые ставят под сомнение их систему верований.

Ценную информацию о подобных переживаниях и эффективной работе с ними можно найти в книге Роджера Вульгера “Другие жизни, другие личности” [2].

1.5.7. Общение с духами‑проводниками и “контактёрство”

Временами человек может встретиться в трансперсональных переживаниях с “существом”, которое кажется заинтересованным в личных взаимоотношениях и берёт на себя роль учителя, защитника, проводника или просто удобного источника информации. Эти существа обычно воспринимаются как развоплощённые человеческие личности, сверхчеловеческие существа или боги, обитающие на более высоких планах сознания и наделённые чрезвычайно мудростью.

Иногда они принимают форму человека; в других случаях они выглядят как сияющие источники света или же просто дают возможность почувствовать своё присутствие. Их послания обычно принимают форму прямой передачи мыслей или же экстрасенсорной передачи. Временами коммуникация может осуществляться в виде словесных сообщений.

Особенно интересным феноменом из этой категории является “контактёрство”, которое в последние годы стало предметом пристального внимания широкой публики и средств массовой информации. При контактёрстве человек передаёт сообщения от источника, предположительно являющегося внешним по отношению к его сознанию, говоря в состоянии транса, используя явления автоматического письма или записывая телепатически воспринимаемые мысли. Феномен “контактёрства” играл важную роль в истории человечества. Среди переданных таким образом учений – множество священных текстов огромной культурной значимости, таких как древнеиндийские Веды, Коран, или “книга Мормона”.

Основной причиной того, что такого рода переживания могут вызвать серьёзный кризис, является достоверность и точность информации из источника, природа которого совершенно непонятна. Иногда с помощью “контактёрства” человеку могут передаваться абсолютно точные сведения о вещах, с которыми он до сих пор никогда не сталкивался. Тогда это явление переживается как неопровержимое доказательство существования духовной реальности и может быть источником серьёзных философских затруднений для тех, кто до этого разделял общепринятое научное мировоззрение.

Ещё одним источником проблем может стать то факт, что духи—проводники обычно воспринимаются как сущности, находящиеся на более высоком уровне развития сознания, обладающие сверхинтеллектом и необычайной моральной целостностью. Это может легко привести к “раздуванию эго” у “контактёра”, который будет воспринимать тот факт, что он избран для особой миссии, как доказательство своего собственного превосходства, Книга Джона Климо “Контактёрство” является прекрасным источником информации по этому вопросу [2].

1.5.8. Околосмертные переживания

Мировая мифология, фольклор и духовная литература изобилует яркими примерами переживаний, связанных со смертью и умиранием. Специальные священные тексты посвящались исключительно описанию и обсуждению посмертных путешествий – это тибетская “Книга мёртвых”, египетская “Книга мёртвых” и их еврейский аналог “Искусство умирания”.

В недавнем прошлом эта “похоронная мифология” рассматривалась западной наукой как продукт фантазии и воображения необразованных людей. Эта ситуация резко изменилась после публикации бестселлера Раймонда Моуди “Жизнь после смерти”, в котором научно подтверждается тот факт, что умирание может быть фантастическим трансперсональным путешествием. Книга Моуди основана на сообщениях 150 людей, которые испытали опыт столкновения со смертью – и во многих случаях были объявлены медицински мертвыми, – но вновь пришли в сознание, сохранив память о своих переживаниях.

Моуди сообщает, что люди, испытывающие околосмертные переживания, нередко оказываются свидетелями обзора всей их жизни в форме красочного и невероятно сжатого произведения, занимающего несколько секунд реального времени. При этом сознание может отделяться от тела и свободно парить в пространстве, с любопытством и отстранённым удовольствием наблюдая происходящее вокруг или же путешествовать в отдалённые места.

Многие люди описывают прохождение через тёмный туннель или конус, ведущий их к свету сверхъестественной яркости и красоты, к Божественному существу, излучающему бесконечную и всеобъемлющую любовь, прощение и приятие. В личном общении, которое воспринимается как аудиенция у Бога, они получают урок относительно бытия и его универсальных законов и имеют возможность оценить своё прошлое, руководствуясь этими новыми критериями. Затем они решают вернуться в обычную реальность в дальнейшем жить по‑новому, в соответствии с теми принципами, которые они усвоили.

Только в одном из случаев, описанных Моуди, в такой ситуации присутствовал врач, хоть немного знакомый с особенностями околосмертных переживаний. Это удивительно, учитывая то обстоятельство, что медицина является профессией, которая ежедневно имеет дело со смертью и умиранием. После выхода книги “Жизнь после смерти” ещё многие исследования, подтверждающие выводы Моуди, были опубликованы в популярной литературе и привлекли внимание средств массовой информации.

Околосмертные переживания нередко приводят к духовному кризису потому, что они решительно ставят под сомнение представления о реальности, имеющиеся у большинства испытывающих их людей. Эти полностью неожиданные события застают человека врасплох: дорожная авария в час пик или сердечный приступ во время бега трусцой могут ввергнуть кого‑нибудь в фантастический мир видений, вдребезги разбивающий обыденную реальность. Специфические проблемы, возникающие в результате таких переживаний, рассматриваются в статье Брюса Грейсона и Барбары Харрис “Консультирование людей, переживающих околосмертный опыт”.

Как уже отмечалось выше, многие люди выходят из таких переживаний с более духовным взглядом на мир, ценностями и целями, основанными на откровениях, которые они получили на пороге смерти, что говорит о жизненной трансформации, типичной для всех успешно завершённых духовных кризисов. Благодаря недавнему распространению новой информации в книгах Моуди и других авторов люди, попадающие в ситуацию столкновения со смертью, в будущем будут, вероятно, более подготовлены к этому внушающему благоговение переживанию [2].

1.5.9. Опыт “близких контактов” с НЛО

Опыт контактов и похищения людей тем, кто кажется внеземными космическими аппаратами или существами, может часто служить причиной серьёзных эмоциональных и интеллектуальных кризисов, имеющих много общего с духовным кризисом. Юнг, посвятивший теме “летающих тарелок” специальное исследование, предположил, что этот феномен является скорее архитепическим видением, чем реальным визитом внеземных цивилизаций. Он иллюстрировал свой тезис тщательным анализом легенд о летающих дисках, существовавших на протяжении всей истории человечества, и о появлении призраков, время от времени вызывавших массовую панику.

В описании наблюдений НЛО типичным является упоминание необычного света сверхъестественной природы, который очень похож на тот, что присутствует во многих отчётах о мистических переживаниях. Указывалось также и на то, что существа, входящие в контакт с людьми, имеют существенные параллели в мире мифологии и религии, корни которых уходят в коллективное бессознательное.

Сообщения о похищении людей часто включают в себя такие процедуры, как физические исследования и научные эксперименты, которые переживаются как невообразимые мучения. Это сближает их с шаманским кризисом и с испытаниями инициируемых в ритуалах перехода, проводимых в первобытных культурах. Этот аспект феномена НЛО обсуждается в очерке Кейс Томпсон “Опыт встречи с НЛО как кризис трансформации”.

Чужие космические корабли и космические полёты, описываемые теми, кого якобы пригласили совершить путешествие, также имеют параллели в духовной литературе – можно упомянуть колесницу ведического бога Индры или огненную машину библейского пророка Иезекииля. Поразительные ландшафты и города, посещаемые во время этих путешествий, напоминают визионерские переживания рая, небесных сфер и городов света.

Существует ещё одна причина, по которой опыт встречи с НЛО может провоцировать духовный кризис; сходную проблему мы уже обсуждали в связи с духами‑проводниками и феноменом “контактёрства”. Внеземные визитёры обычно воспринимаются как представители цивилизаций, несравненно более развитых, чем наша, не только технологически, но и интеллектуально, морально и духовно. Такие контакты часто имеют очень мощные мистические оттенки и сопровождаются инсайдом космического масштаба.

Люди, оказывающиеся объектами столь особого внимания, легко способны интерпретировать его как признак собственной уникальности. Они могут чувствовать, что привлекли интерес высших существ из более развитой цивилизации потому, что они сами в некотором роде исключительны и наиболее подходят для особой цели. В юнгианской терминологии подобная ситуация, когда человек претендует на восхищение архетипического мира своей персоной, именуется “раздуванием эго”.

Как мы увидели, существуют веские причины, по которым опыт “близких контактов” может приводить к трансперсональному кризису. Люди, столкнувшиеся со странным миром НЛО, для того, чтобы быть способными ассимилировать этот опыт, могут нуждаться в помощи кого‑то, кто обладает знанием архетипической психологии, равно как и специфических особенностей этого феномена [2].

1.5.10. Состояние одержимости

В этой разновидности трансперсонального кризиса люди испытывают отчётливое ощущение, что их психика и тело захвачены и контролируются сущностями и энергиями, которые они воспринимают как приходящие извне, враждебные и беспокоящие. Это могут оказаться мятущиеся развоплощённые сущности, демонические существа или злые люди, овладевшие ими при помощи чёрной магии и колдовских процедур.

Существует много разных типов и степеней таких состояний. В некоторых случаях подлинная природа такого расстройства остаётся скрытой. Проблема в этом случае проявляется как серьёзная психопатия: антисоциальное или даже криминальное поведение, суицидальная депрессия, жажда убийства или саморазрушительное поведение, хаотические извращённые сексуальные побуждения или избыточное употребление алкоголя и наркотиков. Лишь после того, как подобный человек начинает курс экспириенциальной терапии, выясняется, что в основе этих проблем лежит состояние одержимости. В середине психотерапевтического сеанса лицо человека, который одержим, может перекоситься и принять вид “маски зла”, а в глазах появляется дикое выражение. Руки и тело начинают сводить сильные судороги, а голос может измениться и приобрести совершенно иное звучание. Когда этой ситуации позволяют развиваться, психотерапевтический сеанс начинает поразительно походить на экзорцистские процедуры католической церкви или ритуалы изгнания злых духов в примитивных культурах. Разрешение часто наступает после драматических эпизодов удушья, рвоты, неистовой физической активности или даже временной утраты самоконтроля. Процессы такого рода могут быть необычайно целительными и преображающими и нередко приводят к глубокой духовной перестройке переживающего их человека.

В других случаях одержимый человек может ощущать присутствие потусторонних сущности и прилагать много усилий, пытаясь бороться с ней и контролировать свои действия. В экстремальном варианте эта проблема может совершенно спонтанно возникнуть посреди обыденной жизни в форме, описанной выше применительно к психотерапевтическому сеансу. В таких обстоятельствах человек может испытывать чрезвычайный испуг и отчаянное одиночество; родственники, друзья, а зачастую и психотерапевты стремятся избегать контактов с ним, испытывая странную смесь метафизического страха и морального отвращения по отношению к одержимому индивиду. Они часто навешивают на него ярлык носителя зла и отказываются от всяких дальнейших контактов с ним.

Эта ситуация явно принадлежит к разряду духовного кризиса, несмотря на тот факт, что она связанна со многими неприятными формами поведения и негативными энергиями. Демонический архетип по самой своей природе трансперсонален, поскольку он представляет собой негативное отражение Божественного. Он также нередко оказывается “феноменом врат”, сравнимым с ужасающими хранителями храмов из восточных мифов, поскольку скрывает доступ к глубокому духовному переживанию, которое зачастую следует за успешным разрешением состояния одержимости. Тот, кого не страшит жуткая природа этого архетипа, может помочь человеку сознательно достичь его полного проявления, и тогда его негативная энергия может полностью рассеяться, и произойдёт удивительное исцеление.

Хорошим источником дополнительной информации о состояниях одержимости, воспринимаемых как вторжение злых духов, могут служить работы Вильсона Ван Дузена [2].

Самореализация и психологические нарушения

Так живая сила его ума

Сломала все барьеры,

И прошёл он далеко за пределы

И в уме и духе

Преодолел безграничность Вселенной.

Лукреций /О природе вещей/

Он писал о том, что духовное развитие – это длинное и трудное путешествие по удивительным областям, полным сюрпризов, красоты и радости, трудностей и даже опасностей. Оно включает в себя пробуждение потенциальных возможностей, до того скрытых и дремлющих, восхождение сознания в новые области, радикальные преобразования “нормальных” элементов личности и раскрытие внутренних измерений.

В прошлом одного лишь морального обращения, простой чистосердечной преданности учителю и спасителю, любящей покорности воле Божией нередко было достаточно для того, чтобы открыть врата, ведущие к более высокому уровню сознания и чувству внутреннего единства и свершения. Сейчас, однако, в процесс вовлекаются более разнообразные и сложные аспекты личности современного человека, которые должны быть преобразованны и приведены в гармонию друг с другом: его фундаментальные ориентации, его эмоции и чувства, его творческое воображение, его вопрошающий ум, его напористая воля, а также межличностные и социальные отношения.

По этим причинам полезно в общих чертах описать нарушения, которые могут возникать на различных стадиях духовного развития и дать некоторые рекомендации относительно того, как лучше иметь с ним дело. В этом процессе можно выделить четыре критические стадии или фазы:

• -.Кризис, предшествующий духовному пробуждению; 

• -.Кризис, обусловленный духовным пробуждением; 

• -.Реакция, следующая за духовным пробуждением; 

• -.Фазы процесса преобразования. 

Используется символическое выражение “пробуждение”, потому что оно ясно выражает осознание новой области опыта, открытие ранее закрытых глаз на прежде неведомую внутреннюю реальность [3].

1.6.1. Кризис, предшествующий духовному пробуждению

Для, того чтобы лучше понять переживания, зачастую предшествующие пробуждению, мы должны рассмотреть некоторые психологические характеристики “нормального” человеческого существа.

О таком человеке можно сказать, что он скорее “позволяет себе жить”, чем живёт. Он принимает жизнь такой, как она есть, и не задаёт вопросов о её смысле, её ценности или цели. Он посвящает себя удовлетворению своих личных желаний, ищет чувственных наслаждений, эмоциональных удовольствий, материальной обеспеченности или удовлетворение личных амбиций. Более зрелое человеческое существо подчиняет свои личные интересы выполнению возложенных на него разнообразных семейных и общественных обязанностей, но не стремится понять, на чём основываются эти обязанности и из какого источника они проистекают. Такой человек, возможно, считает себя “религиозным” и верующим в Бога, но его религиозность обычно является внешней и конвенциональной, и если он следует предписаниям своей церкви и участвует в её обрядах, то чувствует, что сделал всё, что от него требовалось. Короче говоря, его операциональное убеждение заключается в том, что единственной реальностью является видимый и осязаемый мир, и потому он сильно привязан к земному благополучию. Таким образом, с точки зрения практических целей он считает эту жизнь замкнутой и самодостаточной. Его вера в будущий “рай” – если он задумывается о таком – является целиком и полностью теоретической и академической, что доказывает тот факт, что он изо всех сил старается как можно дольше оттянуть своё отбытие к райским блаженствам.

Но может случиться так, что этот “нормальный человек” становится озадаченным и обеспокоенным переменой – внезапной или постепенной – своей внутренней жизни. Это может случиться после череды разочарований; нередко после эмоционального шока, такого, как потря любимого родственника или очень близкого друга. Но порою это происходит без всякой видимой причины, когда человек сполна наслаждается отменным здоровьем и жизненным процветанием. Перемена часто начинается с растущего чувства неудовлетворённости, с ощущения, что “чего‑то не хватает”, “что‑то упущено”. Но это “что‑то упущенное” не является чем‑то материальным и определённым; это нечто смутное и неуловимое, что человек не в состоянии описать.

К этому постепенно добавляется чувство нереальности и пустоты обыденной жизни. Личные интересы и дела, прежде поглощавшие всё его внимание, начинают казаться лишёнными смысла; они утрачивают значимость и ценность. Возникают новые проблемы. Индивид начинает задумываться о происхождении и смысле жизни; выяснять, почему прежде он так много вещей принимал на веру; задавать себе вопросы о смысле своих страданий и страданий других, о том, чем могут быть оправданы столь огромные различия в судьбах людей.

Когда человек достигает этой стадии, он склонен неправильно понимать и неправильно интерпретировать свою ситуацию. Многие, не поняв значение и важность своего нового состояния ума, смотря на эти затруднения как на причуды и капризы. Будучи встревоженными возможностью умственного расстройства, они стремятся разными способами бороться с ними, прилагая отчаянные усилия, чтобы снова закрепиться в “реальности” обыденной жизни, которая кажется им ускользающей. Часто они с жаром погружаются в вихрь внешней активности, ищут всё новые знания, новые стимулы, новые ощущения. С помощью этих или других средств им, возможно, удаётся на какое‑то время облегчить своё расстроенное состояние, но они не в силах избавиться от него навсегда. Оно продолжает процесс брожения в глубине их существа, подрывая основы их обыденного существования, и всегда готово, быть может, спустя долгое время, опять вырваться наружу с новой силой. Состояние дискомфорта и беспокойства становится всё более болезненным, а чувство внутренней пустоты – всё невыносимее. Индивид приходит в смятение: большая часть того, что составляло его жизнь, теперь кажется исчезнувшим как сон, а никакого нового света пока не видно. В самом деле, он пока ещё не знает о существовании такого света или не способен верить, что тот его осветит.

Часто бывает, что это состояние внутреннего смятения сопровождается моральным кризисом. Ценностное осознание человека пробуждается или становится более восприимчивым, возникает новое ощущение ответственности, и индивид может быть подавлен тяжёлым чувством вины. Он сурово осуждает себя и становится жертвой глубокого разочарования, даже начинает подумывать о самоубийстве. Самому человеку при этом кажется, что физическое уничтожение – это единственно логичный выход из его чувства бессилия, безнадёжности, крушения и распада.

Вышеизложенное, разумеется, представляет собой обобщённое описание подобного рода переживаний. На практике внутренние переживания и реакции индивидов очень сильно различаются между собой. Многие никогда не достигают этой острой стадии, тогда как другие попадают в неё почти одним скачком. Некоторых людей в большей степени беспокоят интеллектуальные сомнения и метафизические проблемы; у других наиболее выраженными чертами являются эмоциональная депрессия или моральный кризис.

Важно отдать себе отчёт в том, что эти разнообразные проявления кризиса близко напоминают некоторые из симптомов, считающихся характерными для невротических и пограничных психотических состояний. В некоторых случаях стресс и напряжённость кризиса могут порождать физические симптомы, такие как нервное истощение, бессонница и другие психосоматические расстройства.

Чтобы правильно подходить к ситуации, важно определить основной источник затруднений. Обычно это нетрудно сделать. Симптомы, наблюдаемые по отдельности, могут быть идентичными, но тщательное изучение их причин, рассмотрение личности пациента в её целостности и – что важнее всего – понимание его реальной экзистенциальной ситуации открывает иные природу и уровень глубинных конфликтов. В обычных случаях эти конфликты происходят между “нормальными” влечениями, между этими влечениями и сознательным “я” или между индивидом и внешним миром (в частности, близкими людьми: родителями, родственниками, детьми). Однако в тех случаях, которые мы здесь рассматриваем, конфликты возникают между некоторыми аспектами личности и возникающими более развитыми тенденциями и стремлениями морального, религиозного, гуманистического и духовного характера. Не составляет труда убедиться в присутствии этих тенденций, коль скоро их признают в качестве реальных и значимых, а не объявляют фантазиями или сублимациями. В самом общем смысле возникновение духовных тенденций может считаться результатом поворотных пунктов в развитии или росте индивидуума.

Здесь есть одно возможное осложнение: иногда эти вновь возникшие тенденции оживляют или обостряют старые или скрытые конфликты между элементами личности. Такие конфликты, которые сами по себе были бы регрессивными, фактически являются прогрессивными, когда происходят в этом более широком контексте. Они оказываются прогрессивными потому, что содействуют достижению личностной интеграции, для которой сам кризис –прокладывает путь. Таким образом, эти кризисы являются позитивной, естественной и нередко необходимой подготовкой для дальнейшего развития индивидуума. Они выносят на поверхность те элементы личности, которые нуждаются в пересмотре и изменении в интересах дальнейшего личностного роста [3].

1.6.2. Кризис, вызванный духовным пробуждением

Открытие канала между сознательным и сверхсознательным уровнями, между “я” и Самостью, и наступающее вслед за этим половодьем света, энергии и радости нередко приносят чудесное облегчение. Предыдущие конфликты и страдания вместе со всеми психологическими и физическими симптомами, которые они порождали, иногда исчезают с поразительной быстротой, тем самым подтверждая, что они были обусловлены не какой‑то физической причиной, а являлись непосредственным результатом внутренней борьбы. В подобных случаях духовное пробуждение оказывается реальным решением проблемы.

Но в других случаях довольно часто личность не способна правильно ассимилировать приток света и энергии. Это происходит, например, когда интеллект недостаточно развит и координирован, когда эмоции и воображение не контролируются; нервная система слишком чувствительна или же когда прорыв духовной энергии подавляет человека своей внезапностью и интенсивностью.

Неспособность ума выдержать просветление или склонность к само-сосредоточённости или тщеславию могут приводить к неверной интерпретации переживаний, и происходит, так сказать, “путаница уровней”. Различие между абсолютной и относительной истинной, между Самостью и “я” вуалируется, и притекающие духовные энергии могут оказывать неблагоприятное воздействие, подпитывая и раздувая личное эго.

Ассаджиоли столкнулся с поразительным примером такого вредного воздействия в психиатрической больнице Анконе, в Италии. Один из пациентов, простой маленький человек, в прошлом фотограф, тихо и упорно объявлял себя Богом. Вокруг этой центральной идеи он построил набор фантастических иллюзий о имеющемся в его распоряжении небесном воинстве; в то же время он был настолько мирным, добрым и отзывчивым человеком, насколько это можно себе представить, всегда готовым помочь врачам и другим пациентам. Он был настолько ответственным и компетентным, что ему доверяли приготовление лекарств и даже ключ от фармацевтической кабинета. Единственным недостатком его поведения в этой роли было то, что он время от времени таскал сахар, чтобы доставить удовольствие кому‑нибудь из других пациентов.

Материалистически ориентированные психотерапевты, вероятно, сочли бы этого пациента просто страдающим параноидальным бредом, но это чисто диагностический ярлык ничем или почти ничем не помогает в понимании подлинной причины и природы такого рода расстройств. Поэтому представляется полезным рассмотреть возможность более глубокой интерпретации иллюзорной убеждённости этого человека.

Внутреннее переживание духовной Самости и её теснейшей связи с личной самостью даёт субъективное чувство расширения, универсальности, и убеждённость в своей причастности к божественной природе. В религиозных традициях и духовных учениях любой эпохи можно найти многочисленные свидетельства по этому вопросу – и некоторые из них выражены довольно смело. Так, в Библии ясно говорится: “Я сказал, что вы суть боги; и все вы сыны Высшего”. Св. Августин провозглашает: “Когда душа любит что‑либо, она становится подобной этому; если она возлюбит земные вещи, она сама станет земной, но если возлюбит она Бога, разве не станет она Богом?” Наиболее сильное выражение тождества человеческого духа, в его чистой и подлинной сущности, с Высшим Духом содержится в центральных положениях философии Веданты: “Ты есть То” и “Воистину я ‑ Высший Брахман”.

Как бы не представлять себе соотношение между индивидуальной самостью или “я” и Универсальной Самостью, ‑ считать ли их непохожими или похожими, отдельными или едиными, ‑ важнее всего ясно признавать, в теории и практике, разницу между Самостью в её сущностной природе – тем, что было названо “Источником”, “Глубочайшим Существом” и “Вершиной” нас самих – и малой самостью, или “я”, обычно отождествлённым с обыкновенной личностью, которую мы в норме осознаём. Игнорирование этого жизненно важного различия приводит к абсурдным и опасным последствиям.

Это различие даёт ключ к пониманию психического состояния вышеупомянутого пациента и других форм самоэкзольтации и самовозвеличивания. Фатальная ошибка всех, кто стал жертвой подобных иллюзий, состоит в приписывании своей личной самости или “я” качества Трансперсональной или Высшей Самости. С философской точки зрения это смешение относительной и абсолютной истины, эмпирического и трансцендентального уровней реальности. Примеры такого заблуждения не так уж редки среди людей, ослеплённых сиянием истины, которая слишком величественна, чтобы ум мог её постичь, которая слишком мощна, чтобы их личность могла её ассимилировать. Читатель, без сомнения, может сам обнаружить примеры такого самообмана, глядя на многочисленных фанатических последователей различных культов.

Ясно, что в такой ситуации попытка спорить с человеком или высмеять его заблуждения будет в лучшем случае пустой тратой времени и вызовет лишь протест и негодование. Гораздо лучше проявить симпатию и, принимая предельную истину его убеждения, указать на природу его ошибки и помочь ему научиться проводить необходимые различия между уровнями.

Бывают случаи, когда внезапный приток энергии порождает эмоциональный сдвиг, проявляющийся в бесконтрольном, неуравновешенном и беспорядочном поведении. Этот вид реакции характеризует крики и плачь, пение и вспышки разного рода активности. Если человек является деятельным и импульсивным, возбуждение от внутреннего пробуждения может легко заставить его играть роль пророка или спасителя; он может основать новую секту и начать впечатляющую кампанию привлечения последователей.

У некоторых восприимчивых индивидуумов пробуждается парапсихологическое восприятие. У них возникают видения высших, как они полагают, существ; они могут начать слышать голоса или автоматически писать, принимая на веру полученные таким образом послания и безоговорочно им подчиняясь. Качество таких посланий может очень сильно различаться. Некоторые из них могут содержать мудрые учения, другие из них – бессмысленны [3].

1.6.3. Реакция на духовное пробуждение

Гармоническое внутреннее пробуждение характеризуется чувством радости и умственного просветления, которое приносит с собой понимание смысла и цели жизни; оно развеивает многие сомнения, предлагает решения многих проблем и даёт внутреннюю уверенность. В то же самое время человека переполняет постижение того, что жизнь едина, и изливающийся поток любви течёт через такого пробудившегося индивида к его собратьям и всем существам. Прежняя личность со всеми её острыми углами и неприемлемыми чертами как будто отходит на задний план, и новый, любящий и любимый индивид улыбается нам и всему миру, спеша быть добрым, служить другим и делиться с ними своими новообретёнными духовными богатствами, изобилие которых, как ему кажется, почти невозможно в себя вместить.

Подобное состояние возвышенной радости может длиться различное время, но рано или поздно оно проходит. Как и всё во вселенной, приток света и любви подчиняется определённым ритмам. Со временем он уменьшается или исчезает, и прилив сменяется отливом. Личность наполняется и преображается, но это преображение редко бывает окончательным и полным. Гораздо чаще значительная часть элементов личности возвращается к своему прежнему состоянию.

Этот процесс станет понятнее, если мы рассмотрим природу пикового переживания с точки зрения энергий и уровней организации. Из‑за своей синтезирующей природы сверхсознательные энергии действуют на элементы личности так, что это приводит их на следующий, более высокий уровень организации. Когда достигается этот более высокий уровень, высвобождается синергическая энергия, которая, в свою очередь, создаёт экстаз, душевный подъём и радость, характерные для такого рода переживаний. В зависимости от количества сверхсознательной энергии, излучаемой Самостью, восприимчивости личности в данное время и многих других факторов этот более высокий уровень организации может быть или не быть устойчивым. В большинстве случаев он сохраняется только до тех пор, пока Самость продолжает излучать энергию. Но как только приток этой энергии прекращается, ‑ что, в конце концов обязательно происходит ввиду циклической природы активности Самости, ‑ у личности возникает более или менее выраженная тенденция к возвращению на прежний уровень организации.

Для наглядности мы можем рассмотреть три возможных исхода, типичных для этого процесса:

1. 1.Энергия Самости достаточно велика для достижения более высокого уровня личностной интеграции, а также для трансформации или разрушения присущих личности шаблонов и тенденций. В этом случае новая интеграция сохраняется навсегда. Такой исход относительно редок и наблюдается в тех случаях, когда жизнь индивидуума внезапно и навсегда преображается и становится возвышенной непосредственно в результате духовного пробуждения; 

2. 2.Энергия, излучаемая Самостью, менее интенсивна или личность менее восприимчива, так что хотя бы более высокий уровень организации и достигается, только некоторые из регрессивных тенденций и паттернов личности трансформируются полностью, тогда, как большинство других лишь временно нейтрализуются присутствием высших энергий. По этой причине более высокий уровень личностной интеграции поддерживается только пока активно действует энергия Самости. Как только приток энергии прекращается, личность возвращается к прежнему состоянию. Но при этом остаётся – и нередко это самая полезная часть опыта – идеальная модель и чувство направления, которые можно использовать для завершения трансформации с помощью тех или иных целенаправленных методов; 

3. 3.Энергия, передаваемая Самостью, недостаточна для достижения более высокого уровня организации. В этом случае энергия поглощается скрытыми блоками и паттернами, которые препятствуют более высокой интеграции. Это вызывает их активизацию и таким образом выводит их на свет, где их можно опознать и попытаться иметь с ними дело. В подобных случаях переживание обычно носит болезненных характер и его трансперсональное происхождение часто остаётся нераспознанным. Но в действительности оно является не менее ценным, поскольку может показать человеку, какие следующие шаги ему нужно сделать, чтобы достичь тех же целей и состояний бытия, как и в других случаях. 

Конечно, важно помнить, что реальное переживание человека редко полностью укладывается в одну из этих трёх чётко очерченных категорий. Большинство духовных переживаний содержит в разных соотношениях постоянные изменения, временные изменения, распознавание препятствий, которые нужно преодолеть и живое понимание на опыте, что значит существовать на более высоком уровне интеграции. Именно это осознание потом становится идеальной моделью, сияющим маяком, к которому человек может прокладывать путь и которого он, в конечном счёте, может достичь своими собственными средствами.

Но переживание прекращения притока трансперсональных энергий и утраты возвышенного состояния бытия является болезненным и в некоторых случаях склонно порождать сильные реакции и серьёзные проблемы. Личность снова пробуждается и утверждает себя с новой силой. Все камни и мусор, которые были покрыты водой и спрятаны во время высокого прилива, снова выходят на поверхность. Порой случается, что низшие склонности и влечения, до того дремавшие в бессознательном, оживляются притоком высших энергий или резко восстают против новых стремлений и целей, являющихся вызовом и угрозой для их бесконтрольного выражения. Человек, чьё нравственное сознание теперь стало более ясным и утончённым, чья жажда совершенства возросла, судит более строго и осуждает свою личность с большой горячностью; он даже склонен ошибочно считать, что пал ещё ниже чем раньше.

Иногда реакция личности обостряется до такой степени, что человек начинает отрицать ценность и даже саму реальность своего недавнего переживания. В его уме поселяются сомнение и критика, и он испытывает искушение считать всё случившееся иллюзией, фантазией или эмоциональным опьянением. Его наполняют горечь и сарказм, он начинает высмеивать себя и других и даже отворачивается от своих высших идеалов и стремлений. Тем не менее, как бы он ни пытался, он не может вернуться к прежнему состоянию; у него уже было это видение, и его красота и притягательная сила остаются с ним вопреки его попыткам подавить их. Он не может принимать повседневную жизнь, как раньше и быть удовлетворён. “Божественная ностальгия” овладевает им и не оставляет его в покое. В крайних случаях реакция может быть на столько острой, что становится патологической, порождая состояние депрессии или даже отчаяния с суицидальными побуждениями. Это состояние очень напоминает психотическую депрессию, когда‑то именовавшейся меланхолией и характеризующуюся острым ощущением собственной никчёмности, постоянным самоуничижением и самоосуждением, которые могут становиться столь сильными, что создают у индивидуума иллюзию, будто он находится в аду и обречён на вечное проклятие. При этом возникает также острое и болезненное чувство интеллектуальной некомпетентности и паралича воли, сопровождающееся нерешительностью и неспособностью действовать. Но у тех, кто пережил внутреннее пробуждение или в какой‑то степени ощутил духовную реализацию, эти проблемы не должны считаться просто патологическим состоянием; они имеют иные, гораздо более глубокие причины, как в своё время показывали посредством весьма похожих аналогий Платон и св. Иоанн Креста.

Платон в своей знаменитой аллегории в седьмой книге “Республики” сравнивает непросветлённых людей с узниками в тёмной норе или пещере.

“Когда любого из них освобождают и внезапно заставляют встать, повернуться или идти к свету, он сперва будет испытывать резкую боль; яркий свет будет причинять ему страдание, и он будет не в силах увидеть ту реальность, тени которой он видел в своём предыдущем состоянии”.

Св. Иоанн Креста использует поразительно похожие слова, говоря о переживаниях, которые он называет “тёмной ночью души”.

“Душа пребывает в темноте, потому что её ослепляет свет больший, чем она способна вынести… Подобно тому как ослабшие и замутнённые глаза страдают от боли, когда в них ударяет яркий свет, так и душа по причине своей нечистоты безмерно страдает, когда её на самом деле озаряет Божественный Свет. И когда лучи этого чистого Света изливаются на душу, чтобы изгнать её нечистоты, душа видится себе столь нечистой и жалкой, что кажется, будто Бог обратился против неё и сама она обратилась против Бога”.

Слова св. Иоанна о “Свете”, “который изливается на душу, чтобы изгнать нечистоты”, относятся к сущностной природе процесса. Даже если с ограниченной точки зрения личности это может казаться неудачей или нежелательной стадией – “… будто Бог обратился против неё и сама она обратилась против Бога”, ‑ то с гораздо более широкой перспективы Трансперсональной Самости эта фаза, часто справедливо именуется “очищением”, фактически является одной из самых полезных и вознаграждающих стадий роста. Свет Души изливается на “нечистоты” и вносит их в сознание индивида, способствуя процессу работы над ними. Хотя этот процесс порой может быть весьма трудным, он является фундаментальным аспектом надёжного и постоянного контакта индивида со своей трансперсональной, сверхсознательной природой.

Надлежащий подход к человеку, переживающему такого рода кризис, состоит в том, чтобы передать ему подлинное понимание этого кризиса. Это подобно тому, как если бы человек совершил грандиозный полёт к залитой солнцем горной вершине, увидел бы её величие и красоту открывающейся оттуда панорамы, но с неохотой был бы вынужден вернуться назад, грустно признавая, что крутой путь к высотам следует пройти шаг за шагом. Осознание того, что этот спуск или ‑ “падение” – естественное явление, приносит эмоциональное и умственное облегчение и даёт человеку мужество и решимость вступить на трудный путь к вершинам Самореализации. В конечном счёте кризис преодолевается с пониманием того факта, что подлинная и глубочайшая ценность переживания состоит в том, что оно предлагает человеку, как уже сказано, “осязаемое видение” лучшего состояния бытия, а значит, своего рода дорожную карту, идеальную модель, по направлению к которой он может двигаться и которая затем может воплотиться в реальность [3].

1.6.4. Процесс преобразования

Эта стадия следует за осознанием того, что необходимым условием высшего достижения Самореализации является полное обновление и преобразование личности. Это долгий и многосторонний процесс, который включает в себя несколько стадий: активного устранения препятствий для притока и действия сверхсознательных энергий; развития высших функций, до этого дремлющих или неразвитых; и периоды, в течение которых человек может предоставить работать Высшей Самости, будучи восприимчивым к его руководству.

Это наиболее насыщенный событиями и вознаграждающий период, полный перемен и чередования света и тьмы, радости и страдания. Это переходный период, выход из старого состояния, ещё твёрдо не достигнув нового; промежуточная стадия, на которой, как было удачно сказано, человек подобен гусенице, подвергающейся процессу превращения в крылатую бабочку. Но всё дело в том, что индивид не имеет защитного кокона, где он мог бы в уединении и покое претерпевать процесс трансформации. Он должен – особенно в наши дни – оставаться в том же жизненном пространстве, что и прежде, продолжая как можно лучше выполнять свои семейные, общественные и профессиональные задачи. Его проблема подобна той, с которой сталкивается инженер при необходимости реконструкции вокзала без прекращения движения поездов.

Несмотря на трудности этой задачи, по мере её решения, индивид начинает осознавать постепенный и неуклонный прогресс. Его жизнь наполняется смыслом и целью, его повседневные задачи оживляются, и возвращается растущее в нём осознание их места в общем порядке вещей. Со временем индивид начинает полнее и яснее осознавать природу реальности и человека и свою собственную высшую природу. Он начинает создавать более согласованную концептуальную схему, которая позволяет ему лучше понимать то, что он наблюдает и переживает, и которая служит ему не только руководством, но и источником ясности и порядка в гуще жизненных коллизий. В результате он ощущает, что всё лучше справляется с задачами, которые раньше казались ему невыполнимыми. Во всё большей степени действуя из более высокого объединяющего центра личности, он гармонизирует многообразные элементы, приводя их ко всё большему единству, и эта более полная интеграция даёт ему возможность более эффективно действовать и приносит больше радости.

Таковы результаты, которые обычно можно наблюдать в течение длительного периода времени в ходе развития процесса преобразования личности под воздействием сверхсознательных энергий. Но этот процесс не всегда идёт совершенно гладко, и это неудивительно, если учесть сложность самой задачи перестройки личности в самой гуще обстоятельств повседневной жизни. Как правило, почти всегда приходится сталкиваться с определёнными трудностями, и можно наблюдать временные этапы, характеризующиеся состояниями, прямо противоположными тем, которые были только что описаны. Это часто случается сразу после того, как схлынет прилив экзальтации и индивидуум приступает к своей двойной задаче само-пробуждения и одновременного выполнения многочисленных требований обыденной жизни. Обучение навыкам использования таким путём свих энергетических ресурсов, как правило, занимает некоторое время, и, быть может, нескоро человек начинает выполнять обе задачи сбалансированным образом и в конце концов осознаёт, что они в действительности являются одной. Вследствие этого неудивительно обнаруживать стадии, когда человек может быть столь поглощён своей задачёй само-преображения, что его способность справляться с повседневными проблемами и делами оказывается нарушенной. С позиции внешнего наблюдения и оценки на основе обычных деловых критериев может казаться, что он временно стал менее эффективным и компетентным, чем прежде. Во время этой промежуточной стадии он, возможно, не избежит несправедливых суждений со стороны доброжелательных, но не просвещённых друзей или терапевтов и может стать мишенью для едких замечаний и острот, касающихся его “прекрасных” духовных идеалов и стремлений, которые делают его слабым и неэффективным в практической жизни. Такого рода критика переживается очень болезненно, и её влияние может пробуждать сомнения и разочарования.

Подобное злоключение, когда оно случается, составляет одно из испытаний, которое, возможно, придётся выдержать на пути Само-реализации. Его ценность в том, что оно преподаёт урок преодоления личной чувствительности и предоставляет возможность для развития внутренней независимости и уверенности без обиды на кого бы то ни было. Его следует принимать добродушно или, по крайней мере, невозмутимо и использовать для развития внутренней силы. Если, с другой стороны, такого индивида окружают просвещённые и понимающие люди, они могут оказать существенную поддержку и избавить его от многих ненужных трений и страданий.

Со временем эта стадия проходит, когда индивид обучается справляться со своей двойной задачей и объединяет её в одну. Но когда сложности задачи не приняты и не поняты, естественные стрессы роста могут обостряться, тянуться в течении долгих периодов времени или повторяться слишком часто. Это особенно типично, когда индивидуума слишком захватывает процесс само-трансформации, и он отгораживается от внешнего мира в своей целеустремлённой и чрезмерной интроверсии. Когда эта интроверсия доходит до крайности или же перерастает в общую позицию устранения от жизни мира, индивид и его близкие могут испытывать многие трудности.

Сходные затруднения могут возникнуть и в том случае, если человек не будет заниматься негативными аспектами своей личности, вскрывшимися в процессе духовного пробуждения. Вместо того чтобы преобразовывать их, он может бежать от них в фантазии о достижении совершенства или воображаемом спасении. Но подлинное знание о действительных несовершенствах преследует его, а то, что происходит вокруг, ставит под сомнение его фантазии. Под таким двойным давлением человек вполне может стать жертвой разнообразных психологических проблем, таких как бессонница, эмоциональная депрессия, истощение, равнодушие ко всему, умственное перевозбуждение или беспокойство. Они, в свою очередь, могут легко порождать всевозможные физические симптомы и заболевания.

Многие из этих проблем можно значительно смягчить или полностью устранить, если следовать процессу своего роста с энергией, увлечённостью и рвением, но, не отождествляясь с ним. Выработка такой неотождествлёной увлечённости позволяет человеку быть гибким, что необходимо для оптимального следования задаче. Тогда индивид сможет принимать неизбежные стрессы нового и сложного процесса; он сможет отказаться впадать в жалость к себе, рождающуюся из разочарованного перфекционизма. Он сможет научиться смотреть на самого себя с юмором и быть готовым к экспериментам и переменам; он сможет выработать неунывающее терпение и, принимая свои теперешние ограничения, научиться обращаться к компетентным людям – будь то профессиональные психотерапевты, консультанты или просто мудрые друзья – за помощью и руководством.

Ещё один ряд трудностей может быть вызван чрезмерным личным старанием человека форсировать более высокое понимание путём насильственного сдерживания и подавления агрессивных и сексуальных влечений, ‑ что в действительности может только усилить внутренние конфликты и их последствия. Подобная жизненная позиция нередко является результатом слишком жёстких и дуалистичных моральных и религиозных убеждений, которые ведут к осуждению естественных влечений как “плохих” и “греховных”. Сегодня большинство людей сознательно отказались от этих позиций, хотя бессознательно всё ещё могут в той или иной степени находиться под их влиянием. Они могут проявлять либо амбивалентность, либо колебания между двумя крайними позициями – жёстким подавлением и бесконтрольным выражением любых влечений.

Последнее, хотя и обладает определённым очистительным действием, не может считаться приемлемым ни с этической, ни с психологической точки зрения. Оно неизбежно порождает новые конфликты ‑ между различными основными влечениями или между этими влечениями и границами, налагаемыми общественными условностями и требованиями межличностных отношений.

Решение скорее лежит на пути постепенной переориентации и гармонической интеграции всех влечений личности, сперва через их надлежащие признание, принятие и согласование друг с другом, а затем посредством преобразования, или сублимации, неиспользованной порции энергии. Достижение этой интеграции можно существенно облегчить активизацией сверхсознательных функций и намеренным обращением к Трансперсональной Самости. Эти более масштабные и более высокие интересы действуют подобно магниту, притягивая к себе “либидо”, или психическую энергию, инвестированную в “низшие” влечения.

Последний вид затруднений, заслуживающий упоминания, связан с периодами, когда поток сверхсознательных энергий обилен и легко воспринимается. Не будучи мудро контролируемым, этот поток энергии может либо рассеяться в лихорадочном возбуждении и действии, либо, наоборот, в слишком большой степени удерживаться в латентном, невыраженном состоянии, так что энергия накапливается, и её высокое давление может вызывать физические проблемы. Подходящее решение состоит в том, чтобы целеустремлённо, конструктивно и гармонично направлять притекающие энергии на работу внутреннего обновления, творческого выражения и плодотворного служения [3].

1.7. Роль советчика.

В наше время всё больше и больше людей переживают духовное пробуждение. Ввиду этого может потребоваться, чтобы психотерапевты, консультанты и другие специалисты, равно как и знающие непрофессионалы, выступали в роли помощников и советчиков по отношению к людям, подвергающимся такому процессу. Поэтому полезно рассмотреть роль человека, который может оказаться рядом и поддержать того, кто проходит через этот процесс, и некоторые из его проблем.

Прежде важно постоянно осознавать тот основной факт, что, хотя проблемы, связанные с различными фазами Самореализации, внешне могут казаться подобными (а иногда и полностью идентичными) проблемам, возникающим в повседневной жизни, их причины и значение являются совершенно иными, и потому подходить к ним нужно так же по-другому. Иными словами, экзистенциальная ситуация в этих двух случаях может быть не только неодинаковой, но и в некотором смысле противоположной.

Психологические затруднения обычного человека, в общем, имеют регрессивный характер. Такие индивиды оказываются неспособными к некоторой внешней и внутренней адаптации, необходимой для нормального развития личности. В ответ на трудные жизненные ситуации они снова возвращаются к приобретённым в детстве формам поведения или же обнаруживают, что в действительности так и не переросли определённые детские стереотипы, осознают ли они их в качестве таковых или же дают им какие-то рациональные объяснения.

С другой стороны, затруднения, порождаемые стрессом и борьбой на различных стадиях движения к Самореализации, имеют, как уже говорилось, прогрессивный характер. Они обусловлены стимулирующим воздействием сверхсознательных энергий, “тягой сверху”, зовом Самости, и специфически определяются возникающим конфликтом между этими энергиями и “средними” и “низкими” аспектами личности. Этот кризис был поразительно описан Юнгом:

“Быть “нормальным” – это высший идеал неудачников, всех, кто пока ещё не смог адаптироваться. Но для людей, чьи способности гораздо выше средних, для тех, кому никогда не составляло труда добиваться успеха и выполнять свою долю работы в мире, ‑ для них ограничения “нормы” означают прокрустово ложе, нестерпимую скуку, адскую бесплодность и безнадежность. Вследствие этого существует столь же много людей, которые становятся невротиками потому, что они всего лишь нормальны, как и тех, кто является невротиками потому, что не могут стать нормальными”.

Очевидно, что способы помощи этим двум различным типам индивидов также должны быть совершенно разными.

То, что подходит для первой группы, скорее всего, окажется не только неудовлетворительным, но даже и вредным для второй. Многим из этой последней группы вдвойне тяжело, если их направляет кто-то, кто не понимает или не оценивает по достоинству сверхсознательные функции, кто игнорирует или отрицает реальность Самости и возможность Самореализации. Такой советчик может либо высмеивать неопределённые высшие стремления как простые причуды, либо интерпретировать их материалистически, либо убеждать индивида в необходимости укреплять защитную оболочку личности против настойчивого зова Трансперсональной Самости. Такой подход может отягощать ситуацию, усиливать борьбу и оттягивать решение проблемы.

С другой стороны, советчик или наставник, имеющий духовные наклонности или, по крайней мере, с симпатией и пониманием относящийся к высшим свершениям и реалиям, может оказывать индивидууму огромную помощь, когда, как это часто бывает, тот пока ещё находится на первой стадии, характеризующейся неудовлетворённостью, беспокойством и бессознательным блужданием. Если человек утратил интерес к жизни, если обыденное существование ничем его не привлекает, если он ищет облегчения в ложных направлениях, без конца попадает в тупики и ещё не увидел проблеска высшей реальности, ‑ тогда раскрытие действительной причины его затруднений и указание на решение, которое он уже не надеется найти, на благополучный исход кризиса могут в огромной степени помочь внутреннему пробуждению, которое само по себе является главной частью решения проблемы.

На второй стадии, для которой типичны эмоциональное возбуждение или душевный подъём, когда человек может испытывать чрезмерный энтузиазм и питать иллюзии относительно постоянства такого состояния, его необходимо мягко предостеречь, что это благословенное состояние является всего лишь временным; и ему следует указать на те превратности, которые ожидают его впереди. Это подготовит его к началу неизбежной реакции на третьей стадии, где, как мы видели, возможны болезненные моменты спада и порой глубокая депрессия, когда человек “спускается вниз” с высот достигнутого им переживания. Если он будет предупреждён заранее, то сможет избежать большей части страданий, сомнений и разочарований. Когда человек лишён преимущества такого предупреждения, советчик может оказать ему значительную поддержку, заверив его в том, что его теперешнее состояние является временным, а вовсе не таким окончательным и безнадёжным, как он чувствует себя вынужденным думать. Советчик должен настойчиво повторять, что благотворные результаты кризиса оправдают переживаемые страдания, сколь бы интенсивными они ни были. Значительное облегчение и поддержку может дать указание на примеры людей, которые переживали подобное состояние, и вышли из него обновлёнными.

На четвёртой стадии, во время процесса преобразования – наиболее сложного и продолжительного – работа советчика или наставника, соответственно, оказывается более сложной. Ниже перечислены некоторые важные аспекты этой работы:

• -.Разъяснить индивиду, что же с ним происходит в действительности, и помочь ему занять правильную позицию; 

• -.Научить человека тому, как правильно, используя волю, мудро контролировать и подчинять себе влечения, исходящих из бессознательного, без их подавления из страха или осуждения; 

• -.Научить его методам преобразования и сублимации энергии сексуальности и агрессивности. Эти методы являются наиболее подходящим и конструктивным решением многих психологических конфликтов; 

• -.Помочь ему правильно распознавать и ассимилировать энергии, приходящие от Самости и со сверхсознательных уровней; 

• -.Помочь ему выражать и использовать эти энергии в альтруистической любви и служении. Это особенно ценно для противодействия тенденциям чрезмерной интроверсии и эгоцентрирования, часто существующим на этой и на других стадиях саморазвития; 

• -.Направлять его в прохождении через различные фазы перестройки личности вокруг более высокого внутреннего центра, то есть в достижении духовного психосинтеза. 

Тут постоянно подчёркивались наиболее трудные и болезненные аспекты духовного развития, но из этого вовсе не следует, что те, кто находится на пути самореализации, более подвержены психологическим расстройствам, чем другие мужчины и женщины. Нередко стадия наиболее интенсивных страданий вовсе не имеет места. У многих индивидов такое развитие осуществляется постепенно и гармонично, так что преодоление внутренних трудностей и прохождение различных стадий не вызывает каких бы то ни было тяжёлых реакций.

С другой стороны, эмоциональные расстройства или невротические симптомы обычных мужчин и женщин часто более серьёзны, интенсивны и трудны для них самих и для психотерапевтов, которым приходиться иметь с ними дело, чем проблемы, связанные с Самореализацией. Часто к ним бывает трудно найти удовлетворительный подход, поскольку, учитывая, что более высокие психологические уровни и функции у этих индивидуумов пока ещё не активизированы, ‑ можно мало к чему апеллировать, чтобы показать ценность принесения необходимых жертв или принятия дисциплины, требуемых для достижения нужной адаптации.

Физические, эмоциональные и умственные проблемы, возникающие на пути Самореализации, какими бы серьёзными они ни казались, представляют собой лишь временные реакции, так сказать побочные продукты органического процесса внутреннего роста и обновления. Поэтому они либо спонтанно исчезают, когда заканчивается породивший их кризис, либо легко поддаются соответствующей терапии. Кроме того, страдания, вызванные периодами депрессии, ослабевания внутренней жизни, с лихвой компенсируются периодами возобновления притока сверхсознательной энергии и предвкушением освобождения и укрепления цельной личности в результате Самореализации. Это видение даёт самое мощное вдохновение, неисчерпаемую уверенность и постоянный источник силы и мужества. Поэтому, как уже было сказано, очень важно взять за правило припоминать это видение как можно ярче и чаще. Мы можем дать тем, кто борется, находясь на пути Самореализации, величайшую поддержку – помочь им постоянно удерживать видение цели перед своим внутренним взором.

Таким образом, человек может предчувствовать и испытывать растущее предвкушение того состояния сознания, которое возникает в результате Самореализации. Это состояние радости, безмятежности, внутренней уверенности, ощущение спокойной силы, ясного понимания и любви. В своих высших аспектах – это реализация сущностного Бытия, соединения и отождествления с Универсальной Жизнью [3].

1.8. Управление кризисом

Джон Уэйр Перри писал об опыте коллективной работы с духовным кризисом, его управлением, сознательным и гуманным.

Ввиду того, что процесс обновления существенно подрывает деятельность обыденного, сознательного ума, лишая его энергии, индивиду в этот переходный период, занимающий несколько недель, требуются благоприятные условия, в которых он сможет управлять постепенным развитием процесса.

Психика стремится к уединению, уходя в себя. Психиатры обычно неодобрительно относятся к этому, однако все ритуальные процедуры включали в себя создание особой изоляции, чтобы в ходе процесса обновления чётко различать священное и мирское; то, что происходило в этих убежищах, подчинялось разным правилам. Пожалуй, слово “уединение” является наиболее подходящим, нежели “уход”. Одним из веских доводов в пользу такого рода безопасных убежищ является то, что мирская суета оказывает явно болезненное действие на людей в этом состоянии высокой тонической активации. Такая суета может приводить человека в замешательство, поскольку он в это время пребывает в мифическом мире, совершенно чуждом мирскому. Это переживание было очевидным и осознанным для людей древних культур пять тысяч лет назад, но сегодня оно глубоко бессознательно и понимается неправильно.

Сбивающее с толку несоответствие между миром обыденной и неординарной реальности также причиняет страдание людям, которые окружают человека, находящегося в подобном состоянии. Пропасть, устрашающая для обеих сторон, требует наведения удобных мостов. В таком убежище желательна атмосфера, близкая к домашней, и чрезвычайно важным элементом является персонал, способный сопереживать то состояние ума, которым захвачен клиент.

Интернат “Диабазис”, созданный в 1970-е годы в Сан-Франциско, предназначался для приёма людей с наиболее беспокойными формами галлюцинаторных переживаний в начальной стадии острого психоза. От всего персонала требовалось согласие не воспринимать эти драматические расстройства как болезнь; теперь мы называем это “навешивание ярлыков”. Хотя этот процесс и нужно как-то называть, важно избегать названий, способных причинять вред. Персонал состоял из людей, которые знали разницу между значимыми внутренними процессами и патологией, но не понаслышке или в силу интеллектуального либерализма, а на собственном непосредственном опыте. Иначе в момент кризиса такого знания или незнания становилась бы слишком явной.

В виду того, что процесс связан с обновлением Самости и образа себя, было необходимо, чтобы персонал относился к вновь возникающей личности с подлинной заботой, и любящем пониманием проявляющихся новых качеств. Здесь было важно чуткое различие между тем, что составляет сущность человека, и наносными образованьями, происходящими от ошибок и травм в ходе его воспитания.

Так как процесс имеет тенденцию сдвигать мотивацию человека от власти и престижа к любви и соотнесённости с другими, эта вновь возникающая жизненная позиция должна находить соответствующий отклик. Система, основывающаяся на принципах закона и порядка, столь преобладающая в иерархически медицинских стационарах, обречена на само-поражение, или, можно сказать, на поражение Самости. Она слишком близко воспроизводит ту порочную структуру семейных отношений, которая нередко бывает первопричиной психозов.

Поэтому при наборе персонала для “Диабазиса” отошли от обычных критериев оценки и обращали основное внимание на личные качества, а не на профессиональную квалификацию (предполагающую наличие образования и подготовки). Исходными качествами были чуткая восприимчивость и уважительное отношение к необычному состоянию ума другого человека и особенно понимание необходимости ненавязчивой предусмотрительности, а также опыт “нахождения рядом” в той или иной форме. От членов персонала требовалось эмоциональная живость и теплота, способность к сочувствию и честным взаимоотношениям.

Такой персонал образует настоящую общину – открытую, сплочённую и преданную интересам клиента. Члены этой общины способны честно заявлять о своих чувствах и переживаниях любого рода и быть откровенными друг с другом и клиентами. Когда клиент попадает в подобную атмосферу, остаётся только наблюдать её воздействие, чтобы понять, насколько животворным является для него пребывание в этом убежище. Крайнее смятение за несколько дней сменяется ясностью. Но главная задача состоит не в том, чтобы просто быть гуманным по отношению к клиенту, ‑ всё это подчинено серьёзному делу раскрытия индивидуальности.

В “Диабазисе” существенной частью такой политики было провозглашение отсутствие экспертов – каждый мог учиться и совершать открытия. Там не было никаких начальников, никакого руководства сверху. Весь персонал принимал решения и определял политику. Каждый использовал свои навыки и способности в духе разделения труда; это касалось как администраторов, так и психиатров. Весь проект был, по существу, результатом творчества всех его участников, их усилий и понимания и принадлежал им самим.

Преимущества были очевидны: чувство ответственности за своё дело жило в каждом участнике, так что в критические моменты каждый из персонала чувствовал себя вправе действовать свободно и без предвзятых оценок. Каждый представлял весь “Диабазис” и его путь; целое было представлено в его частях; маленький микрокосм отражал природу макрокосма!

Рациональное управление духовными кризисами, независимо от глубины расстройства, состоит в том, что в состоянии высокой тонической активации, когда активизируется и насыщается энергией архетипический слой бессознательного, психика автономно выполняет свою работу наиболее естественным для неё образом. То, что для этого нужно, ‑ это не “лечение”, а скорее нахождение в глубоких и доверительных отношениях с другим человеком [3].

1.9. Поддержка в духовном кризисе

А вот что пишут Кристина и Станислав Гроф.

В дополнение к обычным качествам, располагающим к доверию, таким, как подлинная человеческая заинтересованность, цельность личности и общая порядочность, необходимо также основательное знание неординарных состояний сознания на собственном опыте и по работе с другими людьми. Человек, пребывающий в кризисе, бывает очень восприимчивым и немедленно распознаёт, основывается ли отношение его помощника на подлинном сочувственном понимании или на профессиональном шаблоне, проистекающем из медицинской модели. Личное знание картографии неординарных состояний может оказать огромную помощь в этом процессе.

Следующий шаг в оказании помощи – принятие решения, будет ли в данном конкретном случае более подходящим использование стратегии трансперсональной психотерапии или следует обратиться к обычным методам медицинского лечения.

Если медицинские анализы дали отрицательный результат, следует оценить общий склад личности данного человека и его “стиль переживания”. Важно, чтобы человек, находящийся в кризисе, был способен понять, что проблема коренится в его собственной психике, и не “проецировал” её во вне, обвиняя всех и вся в мире в своих собственных затруднениях. И, естественно, он должен быть готов к встрече с мощными переживаниями.

Когда начинается терапевтическая работа, важно, чтобы человек, находящийся в кризисе, и тот, кто ему помогает, разделяли определённые базовые концепции. Они должны быть согласны в том, что возникающие затруднения –не следствие болезни, а проявления целительного и преображающего процесса. Они должны считать все кризисные переживания – биографические, перинатальные и трансперсональные – нормальными составляющими человеческой психики. Они должны соглашаться в том, что состояние, в котором находится человек, переживающий кризис, само по себе не является патологическим, хотя и может быть в высшей степени неудобным и неуместным в обычных жизненных обстоятельствах. Столкновение с подобного рода необычными переживаниями следует ограничивать ситуациями, где оно не создаёт проблем и может встретить поддержку.

Как сознательный мир согласованной реальности, так и архетипический мир бессознательного, является подлинными и необходимыми аспектами человеческой психики. Они дополняют друг друга, но являются двумя отдельными и очень разными мирами, которые не следует путать друг с другом. Хотя, важно признавать обе эти сферы и с разумной разборчивостью – в соответствующем месте и в нужный момент – отдавать должное их требованиям, попытки реагировать на них одновременно сбивают с толку и могут причинять ущерб повседневной жизни.

Это общее понимание сути процесса приводит к сочетанию двух альтернативных стратегий. К первой категории относятся различные подходы, облегчающие развитие процесса и содействующие его оздоровительному потенциалу; они определённо предпочтительнее во всех случаях, когда есть возможность их использовать. Вторая категория включает в себя разнообразные меры ослабления и замедления процесса; их следует применять лишь в ситуациях, когда человек в кризисе связан жёсткими требованиями повседневной жизни и обстоятельства не способствуют его углублению в переживаниях.

К мягким техникам, которые облегчают и ускоряют трансформативный процесс, относятся различные типы медитаций, в том числе медитации в движении, групповое произнесение мантр и другие формы духовной практики. Более радикальный подход предполагает создание ситуаций, в которых человек может погрузиться в себя – предпочтительно с использованием музыки – и дать полную свободу выражения возникающим эмоциям и физическим энергиям: плакать, кричать, трястись или двигаться всем телом, следуя при этом естественному направлению процесса. Работа со сновидениями, экспрессивные танцы, занятия рисованием и живописью, ведение дневника – всё это может помочь ассимиляции внутреннего опыта. Беспокоящие эмоциональные и телесные энергии могут находить выход в разнообразной физической деятельности, такой как тяжёлая ручная работа, плавание или бег трусцой.

Следующим вариантом из числа стратегий, облегчающих развитие процесса, является систематическая индивидуальная или групповая работа с опытным терапевтом. При духовном кризисе могут быть полезны разнообразные подходы, разработанные гуманистической или трансперсональной психологией, в том числе юнгианское активное воображение, гештальттерапия Фрица Перлза, психосинтез Ассаджоли, различные неорайхианские техники, терапия “игры в песочнице” Доры Кальф и другие. Поскольку переживания часто имеют существенный психосоматический компонент, неотъемлемой частью всестороннего подхода к духовным кризисам должна быть квалифицированная работа с телом. Здесь также целесообразно использовать акупунктуру, которая может быть чрезвычайно эффективной при удалении энергетических блоков в различных частях тела и способна уравновешивать отрицательные эмоции.

Для достижения оптимальных результатов общая терапевтическая стратегия должна удовлетворять определённым базовым критериям. Она не должна быть ограничена беседами и должна создавать возможность полного переживания и непосредственного высвобождения эмоций. Абсолютно необходимо уважительно относиться к целительной мудрости трансформирующего процесса, поддерживать его естественную направленность, почитать и принимать весь спектр человеческого опыта, включая перинатальные и трансперсональные уровни. Разумеется, терапевт должен быть открыт духовному измерению и признавать его важной частью жизни. В противном случае терапевтический процесс будет однобоким и неуклюжим и не сможет выполнять своё назначение.

Грофы разработали метод, который включает в себя все перечисленные выше критерии. Этот подход, известный под названием “холотропного дыхания”, сочетает в себе контролируемое дыхание, побудительную музыку и направленную работу с телом. Он способен активизировать психику и выводить на уровень сознания важный бессознательный материал, делая его таким образом доступным для терапевтического воздействия. В ситуации духовного кризиса, где бессознательное уже активно, эта техника может облегчать и ускорять протекание процесса.

Полностью этот метод описан в книге “Путешествие в поисках себя” Станислава Грофа.

Создание в жизни человека особых ситуаций, где возможно встречаться лицом к лицу и прорабатывать проявляющийся бессознательный материал, помогает очистить всё остальное время от нежелательных вторжений его беспокоящих элементов. Для этого требуется такое место, где человек может полностью выразить – громкими криками, если это необходимо, ‑ возникающие у него эмоции. Когда обстоятельства не позволяют использовать подобный подход и человек вынужден уделять внимание неотложным практическим задачам, можно прибегнуть к методам второго типа – подавляющим и замедляющим процесс. Следует отметить, что такой вариант менее желателен и его следует применять лишь в качестве временной меры. Как только позволит ситуация, следует снова вернуться к стратегиям усиления, поскольку экспрессивная работа ускоряет протекание процесса и способствует его успешному завершению.

Чтобы приостановить процесс, следует временно приостановить все занятия медитацией и другими формами духовной практики. Весьма эффективной обычно оказывается смена диеты – переход от лёгкой вегетарианской пищи к более плотной, включая мясо и сыр; очень “заземляющее” действие оказывает употребление напитков, содержащих мёд и сахар. Кроме того, могут быть полезными тёплые ванны и простая физическая работа по дому или в саду. Если выявлены ситуации, способные активизировать процесс, их в это время следует по возможности избегать. Для некоторых людей это могут быть сложные общественные ситуации либо многолюдные места, для других ‑ громкая музыка и шумная обстановка большого города или даже некий специфический вид вибраций, наподобие шума двигателя реактивного самолёта. В особо неблагоприятных ситуациях может оказаться необходимым использование слабых транквилизаторов.

Здесь представляется уместным и необходимым высказать предостережение. Люди, испытывающие духовный кризис, могут обнаружить, что регулярное употребление алкоголя и снотворных способно делать их переживания более терпимыми и управляемыми, заземляя процесс и подавляя тяжёлые физические и эмоциональные симптомы. Однако те, у кого может быть скрытая химическая зависимость, подвергаются огромной опасности привыкания. Поэтому необходима крайняя осторожность. От того, что некоторые из этих лекарств люди могут принимать по назначению врача, а не по собственной инициативе, они отнюдь не становятся более безопасными.

Ситуация значительно осложняется, если кризис принимает крайние формы и у человека появляются саморазрушительные тенденции или он становится трудноуправляемым, возбуждённым, шумным и т.п. В этих обстоятельствах психотерапевтическая работа может быть продолжена только при условии круглосуточного наблюдения. К сожалению, существует очень немного специализированных учреждений, предоставляющих поддержку в течение 24 часов в сутки, не прибегая при этом к систематическому применению подавляющих препаратов.

В настоящее время на пути создания таких центров существует множество препятствий. Некоторые из них носят законодательный, политический или экономический характер; другие связанны с недостаточной гибкостью существующей системы страхования. До тех пор, пока не будут созданы и не станут доступными такие центры, будет весьма трудно использовать новые методы помощи людям, переживающих острую форму духовного кризиса. У них остаётся лишь выбор между госпитализацией с традиционным подавляющим лечением и разнообразными случайными импровизациями и компромиссами. Невзирая на все препятствия и трудности, создание таких центров является абсолютно необходимым условием для успешного лечения острых форм психодуховного кризиса [12].

1.10. Биографический кризис или биографическая часть духовного кризиса

Биографический кризис или биографическая часть духовного кризиса требует знания этого процесса и помощи в нём. Как можно способствовать позитивному разрешению кризиса? Предоставляя эмоциональную поддержку, доброжелательно выслушивая человека? Фокусируясь и проясняя особенности реакции на кризис, давая информацию? Объединяясь с другими, работающими в сети помощниками?

Обучая человека приёмам оказания помощи самому себе (релаксация, разговор с самим собой)? Обеспечивая и мобилизуя дополнительную социальную поддержку?

Если оценивать ситуацию реалистично, сколько своих усилий вы можете предложить человеку и на какое время? Это зависит от особенности вашей профессиональной роли, сложившегося у человека стиля поведения, социальной поддержки человека, вашего предшествующего опыта, уровня ваших переживаний, наличия поддержки вас как помощника.

Сводка индивидуальных убеждений, поставленных под сомнение в кризисной ситуации:

• ‑ Утрата близкого        Мы с Джеком имеем  

          общее будущее; 

‑ Супружеская неверностьМуж любит меня. Я самый главный

человек в его мире;

‑ Арест за кражу в магазинеЯ уважаемый член местного

общества;

‑ УвольнениеЯ ценный работник;

‑ Диагноз СПИДаЯ не умру молодым;

‑ Дорожное происшествиеЯ живу в безопасном мире;

‑ Нападение на коллегуЯ контролирую свою жизнь и могу

справиться с профессиональным

стрессом.

Сильные отрицательные эмоции вызывают особые мысли – мрачные или катастрофические:

‑ Я не могу с этим справится;

‑ Я схожу с ума;

‑ Это просто ужасно. Моя жизнь разрушена;

‑ Я никогда не буду счастлив;

‑ Никто не сможет помочь мне или понять, что я чувствую;

‑ Должно случится что‑то ещё более худшее;

‑ Я абсолютно одинок;

‑ Нет смысла в жизни, если могут происходить такие ужасные вещи;

‑ Я уверен, что у меня сердечный приступ. Сердце бьётся неровно.

А вот определение характерных особенностей кризиса:

‑ наличие события, вызывающего стресс или длительный стресс;

‑ переживания горя;

‑ чувство потери, опасности или унижения;

‑ чувство неконтролируемости происходящего;

‑ неожиданность происходящего;

‑ разрушение привычного хода жизни;

‑ неопределённость будущего;

‑ длительное страдание (от 2 до 6 недель).

Контрольный список – что необходимо выяснить в первую очередь, когда сталкиваешься с кризисом [18]:

‑ Какое событие, вызвав стресс, привело к кризису;

‑ Какие конкретные особенности кризисного события вызывают стресс:

а) утрата;

б) неприятное открытие;

в) опасность;

г) травма;

д) стыд;

е) вина;

ж) нарушение привычного образа жизни;

з) неожиданность.

‑ Какие именно основные представленя о себе пострадали в результате кризиса;

‑ Если кризис был вызван собственными действиями человека, имеется ли в этом случае возможность скрытого общения;

‑ Какие стадии ответа на кризис пережил человек:

а) отупение;

б) избегание;

в) тревога или паника;

г) гнев;

д) стыд;

е) вина;

ж) депрессия;

з) активное преодоление;

и) разрешение.

‑ Какие стратегии преодоления использовал человек:

а) принятие желаемого за действительное;

б) подавление;

в) отвлечение;

г) разговор с самим собой;

д) потребление каких-либо веществ (алкоголя, медицинских препаратов, наркотиков, еды и т.д.);

е) эмоциональная поддержка окружающих;

ж) практическая помощь от окружающих;

з) решение проблем;

и) выработка планов;

к) поиск информации;

л) изменения в образе жизни;

‑ Каковы источники социальной поддержки человека:

а) социальная сеть – её размер и структура;

б) наличие и мобилизация эмоциональной поддержки;

в) товарищество;

г) обеспечение информацией;

д) практическая помощь.

Ещё по наблюдению специалистов, ‑ отсутствие времени является признаком кризиса. Возможно, мы возвращаемся, в некотором смысле, обратно, в безвременное начало нашего развития: мы обрели доступ к модусу переживания, при котором “всё соответствует всему”, а прошлое, настоящее и будущее отсутствует, как нет их, когда мы являемся младенцами, время недвижимо – мы вновь у истоков.

Хотелось бы сделать акцент на том, что уже звучало в контексте работ мастеров. У переживающих кризис наблюдается выход за границы собственной личности. Это потенциал, но и опасность. Некоторые женщины, например, лежат на кровати, как младенец и ищут грудь матери. Это сверхидентификация. Они теряют грань между собой и младенцем. Такое стирание граней и переживаний безгранично пугает …

Важно также правильно понимать роль транса в процессе. К сожалению, в нашей культуре это состояние связывается, даже у специалистов с патологией. Хотя в иных культурах неспособность переживать транс считается ненормальным…

Возможно, пора расширить наши представления о том, что следует испытывать человеку, и до каких сфер восприятия и познания он может дойти, осознать это, освоить и сделать естественной частью жизни.

2. Экспериментальная ЧАСТЬ

2.1. Анализ кризисной ситуации пациентки Л.

Пациентка Лия – 44 года.

У неё не очень крепкое здоровье. Но она поддерживает его здоровым образом жизни, куда входит обливание, бег, походы, моржевание, гимнастика, вегетарианство, тренажёры и т.п. В разные годы это были разные занятия. Она занималась духовной практикой, целительством, творчеством в разных видах искусства, причём не только сама, но и помогала открывать разные способности и другим людям.

Её духовное пробуждение имело подъёмы и спады. Остановимся на фазе личностной трансформации, о которой пишет Ассаджиоли. Этому периоду предшествовали периоды вдохновений, озарений, творческих взлётов, открытия паравозможностей, успехи в целительстве. И вот волна вдохновения стала спадать. В то же время уровень и ясность мышления заметно выросли. Этот период ощущался как творческий простой, недовольство собой, было желание что‑то изменить.

И Л. стала учиться. Огромных усилий потребовало зарабатывание денег на учёбу. В это же время в квартире рядом образовался самопальный бордель с криминальными и довольно агрессивным окружением. Чтобы не бояться, Л., имевшая прежде небольшой опыт энергетической самозащиты, ходила по лестнице в состоянии предельной собранности, предварительно “сканируя” её с помощью паравозможностей на предмет опасных соседей. С ней лично не было ни одного угрожающего инцидента. Но она была вынуждена проявлять агрессию и в том числе, в виде угроз, защищая мать от хулиганов.

Длилась эта история полгода.

Её ноги покрылись язвами. Подобное у неё было только после смерти отца… Усугублялось это и крайне напряжённой личной ситуацией. Последняя, видимо в силу возраста (ей исполнилось 45 – “баба ягодка опять”) подняла в ней такие мощные силы, что в момент отказа от бесперспективных отношений эти энергии стали похожи на озеро раскалённого металла, волны которого бушевали как цунами. Они вызывали ужас. По описанию древних источников так выглядит подъём Кундалини-энергий, которые восходят от копчика вверх, раскрывая все семь чакр, энергетических центров. Только в данном случае этот процесс был чрезмерным для её сил.

“Озеро” бушевало несколько недель, порою превращаясь в “раскалённый газ” и делая тело Л. расслабленным, невесомым и неподвижным шаром.

Дальше была тьма. Свет внутри погас, впервые за много лет. Была полная беспомощность, безволие, безнадёжность, отсутствие стремлений, неверие в себя и во что бы то ни было. Это были месяцы душевного оцепенения. Болел живот, грудь, душа. Л. жила вне времени. Но это ощущение не было новым. Многомерность восприятия в духовных практиках приучила к широкому спектру восприятия пространства и времени.

Далее энергия то застывала, то начинала гореть. А тело выдавало то твёрдость и спазмы, то расслабленность и нескоординированность.

В обществе Л. нередко ощущала себя маленьким волчонком. “Он” мог только скулить от страха и боли или огрызаться, а при каждом удобном случае пытался залезть в свою нору, чтобы отлежаться. Словом, он вёл себя как любой маленький больной зверёк.

Люди и обстоятельства вокруг тоже стали агрессивными. Известный в эзотерике закон соответствия внутренних и внешних проявлений работал исправно. Обострились отношения с близкими. Иногда они становились невыносимыми, ибо приносили непереносимую психическую и даже физическую боль. Каждый раз, когда Л. ела, а её мать заговаривала, в районе солнечного сплетения было больно.

Пришлось отказаться от общения с близкой подругой, так как одна лишь мысль о ней вызывала внутренний крик.

Описывать этот процесс можно долго. Почти всё из описанного в разделе “обзор литературы”, кроме встречи с НЛО и клинической смерти у неё было, в той или иной мере. Но пора подойти к некоторым индивидуальным проявлениям, а также закономерностям процесса и методам разрешения ситуации.

Хотелось бы говорить о полноте прохождения опыта психосинтеза на всех указанных Ассаджиоли, например, уровнях.

Одной из сверх задач видится синтез психологических, парапсихологических и философских знаний.

Последние события жизни Л., отчасти перечисленные в этой работе, относятся к её биографии. Последствия случившегося идут далеко за пределы обыденного сознания. Её состояние можно отнести к изменённым состояниям сознания. Однако, Л., будучи духовным педагогом и целителем со стажем почти не теряла позицию наблюдателя. Другое дело, что контролировать новые силы и те, что всплывали после стрессов из “подвалов” Ида (по Фрейду) ей было не под силу.

Что же с нею произошло?

Годы медитации и целительства пробудили её для восприятия высшего “Я”, она в определённой мере “слышала свою душу”, как говорят в духовных учениях.

Но полнота психосинтеза, видимо не наступила. И тут явились испытания, давшие наивысшее личностное напряжение.

Прежние духовные прозрения потрясали своей новизной и грандиозностью. Это были видения метапространств – вселенной, планет; и наоборот, микромиров ‑ органов клеток, атомов, протонов т.п. Взаимодействие с зонами сознания, которые воспринимали это, требовало большого мужества, терпения, психического и телесного освоения новых состояний сознания и тела. Приходили новые знания, целые системы, новые умения: например, спонтанное рисование, слышание стихов и песен, умение играть на инструментах без знания нот, танцевать древние ритуальные танцы, обучение всему этому других людей.

Новые события, в силу особенностей её темперамента и активной жизненной позиции, потребовали от неё сильных личностных проявлений. Одному человеку физически с 60-ю криминально настроенных людей не справится. И нашей милиции, при её качестве работы, явно не достаточно. Поэтому ею в ситуации с соседями были задействованы большие духовные силы. И хотя помогало этому несколько человек, главная тяжесть удержания более или менее стабильной ситуации, безопасной для жизни ложились на Л. Кстати, на неё ни разу не напали и не угрожали первыми. Хотя на лестнице были лужи крови и били людей не раз.

Итак, и первая и вторая составляющая ситуации были, завершены. Но это закончилось “взрывом”. Не будь у Л. большого опыта контроля энергий, её бы, наверно, “разнесло”. Так велико было потрясение, это “цунами”, о котором было сказано выше (кстати, в литературе по кризисологии пишут о такого рода “взрыве”).

Как она преодолела боли и смятение? Что способствовало улучшению состояния? Какие задачи вставали после того, как наивысшее напряжение стало спадать? Какие реальные результаты достигнуты? Что ещё требуется, чтобы завершить процессы, которые обострили духовный кризис?

Конечно, помогало искреннее желание помочь друзей, специалистов и группы где, она училась.

Безусловно и заметно влияние молитвы. Этой практикой Л. давно уже пользовалась. Но в “криминальный” год она попала в такое состояние, что не могла часто молиться. И только позже начала… Это ритуальное средство создавало такие трансовые, лёгкие, светлые, полные любви и света состояния, которые понемногу растворяли напряжение зоны (думается, что грамотная работа с энергиями вполне успешно может растворять болезненные паттерны психических процессов). Особенно были заметны результаты при взаимодействии с кем‑то. Не зря в Библии сказано, что если собираться по двое – трое, во имя Моё, то “Я дам”.

Умиротворяющий ритм молитвы, её способность погружать в проработанные Л. и людьми пространства дарили чувства сопричастности со всем светлым на земле, давали силы на добро, ровное отношение к окружающим, трансформируя низшие энергии, мыслеобразы и другие проявления.

Сеанс ребёфинга позволил нащупать внутренние окаменелости, которые в юности чуть не переросли в астму. Это был результат душевного насилия над Л., бывшего в детстве.

Релаксация, разумеется, тоже сыграла свою положительную роль, хотя до неё не сразу дошло дело. Был период, когда тело будто забыло как расслабляться, хотя делало это тысячи раз.

Сильнейшим средством “удержаться наплаву” оказалась работа. Как ни странно, на неё силы были, хотя широту и объём её пришлось уменьшить. По началу Л. даже боялась, что “ничего не сможет”. Тем более, что её работа необычна: она занимается целительством и психологическими консультациями, большой частью которых было ясновидение.

По началу не было куража, профессиональной ясности и уверенности. Но постепенно, как показали факты, некоторые её паравозможности даже улучшились. Она с успехом стала сочетать их с новыми психологическими знаниями и методиками, которые обретала в ходе учёбы.

Был очень созидательный и светлый, результативный период совместных медитаций, молитв с учеником. Многое было понято, проработано. Да и баланс мужских и женских энергий при такой взаимопомощи был, отчасти, улучшен.

Хочется отметить в этом взаимодействии работу с образами и, в частности с солнцем. Параллельно с ними шли соответствующие слова. Например: “Я – солнце”. Кстати, подобная практика есть в Раджа-йоге. Два раза Л. применяла её, и каждый раз было заметно улучшение её физического и психического состояния. Представление, отождествление и ритмическое произнесение имело удивительное действие.

Л. и раньше работала с помощью подобных методик. Но на этот раз возникла потребность глубже проникнуть в тайны йоги слова (есть и такая) и в древнюю науку образов, которую прекрасно знали Посвящённые.

Определённую структурированность взамен стрессовому ощущению пустоты и боли, давали дыхательные упражнения из тибетской Янтра-йоги.

Приток сил, определённую подвижность уму и телу, в один из периодов, дала лучистая гимнастика, разработанная ранее Лией. По каким-то причинам (каким – узнать бы?!) заниматься её Л. всё время не могла. А часто ей вообще не хотелось двигаться, а не то что делать физкультуру… Донимали боли в разных участках тела.

Теперь о боли. Она усилилась, когда медики называли диагнозы. Воспаление щитовидки, киста и узел в районе малого таза, например. Тогда стало болеть то, что прежде и не болело.

Очень часто не хотелось украшать себя как женщину. И этот кураж сначала ушёл.

Однако, на определённом этапе работы женские проявления стали более гармоничны, на что не замедлили отреагировать окружающие мужчины. Этому способствовал многочисленные тренинги и медитации на тему “Мужчина и женщина” в месте учёбы и на работе у Л.

Однако пустоты личности зияли заметнее, чем это было раньше.

Самой явной опорой для этой работы было внутреннее решение выстоять. Хотя это было не просто. Были периоды, когда приходило ясное психофизическое понимание того, как люди входят в инфаркт или паралич (в период оцепенения) – так близко это было.

Это решение – “выстоять” потребовало ровности в отношении ко всем явлениям жизни, более глубокого принятия жизни как целого, со всем его “добром и злом”. В тибетском учении Дзогчен это называется “недвойственным” восприятием.

Л. испытала перинатальные и трансперсональные переживания.

К перинатальным относится видение себя как ребёнка в родовом канале и ощущение, что мать … душит этого ребёнка. Это явление сопровождалось спазмами в горле. Ощущение разбудило Л., когда она спала ночью.

К трансперсональному ряду относится “воспоминание из прежней жизни” – в традициях восточных учений.

Часть духа, говорят некоторые из них, рождается в теле животных, чтобы изжить низшие проявления.

Л. увидела себя волчонком. Это самоощущение, кстати, спонтанно возникло и чуть раньше как образное восприятие своего психологического состояния, в первый период снижения интенсивности ощущений. Он жил в лесу с волчицей. Там был голод. И волчица съела волчонка.

Соотнести это с реальной жизнью не просто, как непросто объяснить беспричинную неприязнь или агрессию или знание того, что через минуту случится, причём то, что подтверждается фактами.

Известно, что вожак в волчьей стае должен биться до смерти за право лидерства, за самку – тоже надо драться. Волки грызутся между собой, пожирают зайцев и косуль … Хорошо это или плохо?

Так устроен мир. И нам, видимо, не дано его изменить.

Трудно сказать, сегодня, невозможно проверить, была ли современная агрессия матери Л. зарождена в той волчьей жизни как простая жизненная необходимость, которая в животном царстве подчинена определённым законам целесообразности – не этическим законам. А может это лишь образное, символическое восприятие какой‑то части её натуры?

Норвежский психотерапевт Л.Брюдаль учит очень внимательно относиться к фантазиям пациентов. В этом пласте сознания она черпает материал, позволяющий ей успешно лечить людей [20].

Так поступили и мы с Л. Сначала попытались найти, сегодня, объяснение той, прошлой, ситуации. И это звучало примерно так.

Животными руководят инстинкты. Главное для них – выжить. У природы существует “законы джунглей”, “волчьи законы”. Такими волков создала природа. И ещё, люди говорят: “Бог дал, бог взял”. Видимо природа, как мать, в праве, распоряжаться своими частями. Как мы своими руками, волосами, “нашими” растениями. Мы их тоже съедаем… Хотя так любим… И куриц тоже едим.

Возможно, желание поглотить иную жизнь, чтобы сохранить свою собственную, как память прошлой жизни, сохранилась у современной матери Л., а у Л., соответственно, страх и обида за разрушенные доверие и безопасность.

Каким бы ни было объяснение этого трансперсонального переживания, сегодня два состояния можно рассматривать как ножницы, противоположность. Лёгкость и полное понимание друг друга наблюдалось в общении с матерью у Л. в те периоды, когда её сознание бывало высоким, светлым, расширенным, и она была способна принимать и хорошее и плохое в матери. И та по-детски наивно шла тогда на контакт и доверительные, не отягощённые чувством обиды отношения. С другой стороны, нередко возникала крайняя болезненность восприятия матери со стороны Л. и агрессия, истеричность, энергетический паразитизм, со стороны матери.

Иногда Л. приходилось отвечать той же агрессией или просто отказываться от вызывающего крайнее неудобство или даже боль общения. Вот тогда и возникло ощущение противоречивости, “ножниц” между “высокими”, светлыми, глобально‑прекрасными трансперсоналиными состояниями, видениями, знаниями и умениями, озарениями и паравозможностями и примитивными, инстинктивно грубыми проявлениями.

Поначалу во время кризиса у Л. часто просто не было возможности переключится на более позитивный лад. Дело дошло до того, что неожиданное появление сзади матери (ей что‑то нужно было а ванной комнате, куда зашла Л.) вызвало пронзительный вопль ужаса у Л., ему сопутствовали горькие слова в том же духе. И прежде, надо сказать, регулярно, раз в три месяца, мать будто “выбивала из седла” Л. Исключением был период в года полтора, когда Л. очень много занималась телом, его физической крепостью, выносливостью и т.п.

И ещё Л. порой целыми днями хотелось плакать. Хотя и тут был некоторый прогресс. В начале после обострения и некоторых последующих событий при одном воспоминании о её подруге изнутри рвался нестерпимый, по душевной боли, крик…

Весь мир – это море слёз, так однажды показалось. Хотя настал миг, когда в сердце была красота как… в гениальных творениях, построенных по принципу золотого сечения. И это знало, чувствовало всё тело, не только сознание. Тихий восторг в душе и комфорт в теле, прежде часто болезненном, по‑своему подтвердили это представление.

*           *           *

Во время духовного кризиса уровень подсознания повышается до уровня активного действующего сознания (смотри рисунок 1 и 2). Это признак роста, продвижения на следующую эволюционную ступень развития. Все конфликты и неразрешённые до конца противоречия, в виде паттернов вытесненных когда‑то в подсознание, становятся очевидными, а решение их жизненно необходимым. Иначе связанность психического пространства личности нарушается, а дальнейшее развитие личности и человеческого существа как целого, становится или крайне затруднительным или невозможным, а существование регрессивным и разрушающим психическое и физическое здоровье.

Духовный, да и любой кризис, как испытание, привлекает к индивиду большие энергии. Особенно велики они при духовных практиках и в целительстве. Концентрация сознания, внимания, уровень внутренней интенсивности многих процессов растёт у человека безмерно. Эта интенсивность, в частности, как говорят эзотерики,  относится к уровню вибрации энергий, которыми располагает индивид (понятие энергетической волны, скорости движения элементарных частиц существует и в физике, химии). А интенсивность частиц паттернов подсознания, сформированных в прошлом из‑за психических и других травм, понижена в силу их кристаллизации, застывания энергии, которая происходит со временем из‑за того, что мы её не используем, а иногда и боимся этой своей части, которая растёт внутри нас, пугая своими масштабами и неизведанностью.

Выход за границы личности, о котором было сказано в обзоре литературы, предполагает увеличение объёма энергии, изменение её качества, и в том числе интенсивности её вибраций. Это наводнение даёт предпосылки для ассимиляции всей энергии, а также её интеграции.

Но человек не бутыль, где легко можно перемешать воду с молоком. Его психические образования ограничены и полны преград. Физический ум, фиксируя привычное в стереотипах, всячески сопротивляется созданию новой целостности. Этот процесс доставляет неудобства и боль. Порою, он приводит к полной разбалансировке в организме, лишает его единства, фокуса и ориентировки в пространстве, времени и, соответственно, в обществе.

“Осознавшая себя однажды в состоянии всезнания и всемогущества, в сиянии благодати (как ощущения гармонии и умиротворённости) личность, в период кризиса встречается с самыми низкими чертами своей природы и с гневом отвергает эти заблуждения из прошлого, ‑ рассказывает Л. ‑ Но это повторяется вновь и вновь, пока не принимаешь сознательного решения: принять в себе всё, все качества и состояния и позволить огню высшего “я” растворить прежние образования, способствуя, таким образом, интеграции всего существа”.

Надо сказать, что ассимиляция не происходит в обыденном состоянии сознания. Оно расширяется, вновь и вновь, и человек углубляется во всё новые психические пространства и временные континуумы, трансы.

И чтобы эта интеграция успешно прошла в человеке, и он просто сумел выжить, необходимо, по‑видимому, научится вырабатывать позитивное отношение к своему собственному росту. Нужно знать, что для этого делать, какие применять методы, настройки, формы поведения, питания и т.п.

Ему приходится, в частности, учиться принимать самое плохое в себе и… родителях, ‑ то, от чего он, может быть, отрёкся в юности как неприемлемого для своих “высоких моральных принципов”. Но он тогда не знал, что у человека три составляющих: папа, мама и “я”. И ещё у него есть прошлое, настоящее и будущее, и всё это целое – программа, которая была заложена ещё в начале жизни. И, отвергая, что бы то ни было, он лишается целостности, равновесия, здоровья, наконец.

Всё это приходиться переосмысливать, учиться совмещать противоположности, видеть и реально ощущать их эволюционную неразрывность. Новый уровень и качества сознания должны быть подтверждены комфортом, радостью, стабильностью, а также свободой в восприятии прежде жгучих болевых вопросов, возможностью взаимодействия с людьми и обстоятельствами, которые раньше вызывали остро негативные реакции.

Есть ещё такое соображение, которое пришло из практических наблюдений и было подтверждено специалистами, воспринимающими не три, а более измерений, то есть ведущих духовные практики. При стрессах, понимание которых превышает наши прежние возможности, правое полушарие перегружается. Его развитие, интенсивность работы превышает левое. Человек затрудняется логически объяснить, обосновать всё, что он воспринимает. Есть такой период в кризисе, когда он вообще ничего не может сказать, объяснить по поводу случившегося. Это превышает его силы и возможности.

Известно мнение учёных, что правое полушарие воспринимает информацию, а левое занимается её пошаговой обработкой. И резкий подъём уровня и объёма энерго‑информации, их качества блокирует плавность и ритм взаимодействия обеих половин мозга и, кстати, половин тела. У практикующих духовные практики, как правило, возникают сложности именно с левым полушарием. Отсюда затруднения в обыденной жизни, в манипуляции с логическими построениями.

Энергия, информация требует многомерного переживания, корректной вербализации, полного освоения. На это требуется время и очень много знаний. А их в России не хватает. В нашем обществе слишком долго или отвергали духовное, как “не наше”, или бежали без оглядки за любым проповедником. Необходимо безусловное принятие, синтез и целостный взгляд на духовный эволюционный процесс в мире и сознание каждого человека, людей разного уровня сознания. Важно познание законов этих процессов, их роли в жизни планеты как ноосферы и нашей страны в частности.

Всё это требует ясного и “недвойственного” восприятия действительности. “Недвойственности” учат, в универсальных духовных учениях и, в частности, носители учения “Дзогчен”, учёный‑философ итальянский профессор и он же тибетский лама Чогял Накмай Норбу Рипоче [29]. Амбивалентности, то есть совмещению противоположности или умению находится сразу в двух параллелях действительности учат многие современные психологи [30]. Кстати, Норбу, так же, как известный норвежский психотерапевт Л. Брюдаль, учит состоянию присутствия. Сознательности тотального включения в любое исполняемое дело – этому немало внимания уделял известный мистик и философ Ошо. Ну а Л. Брюдаль признаёт за состоянием присутствия статус действенного инструмента сознания в работе психотерапевта, она даёт очень точное, узнаваемое описание этого состояния, говоря о его эффективности для лечения и продуктивности в жизни самого психотерапевта [20]. Это состояние, по опыту автора этих строк, даёт точную сонастройку с пациентом и ясное “отзеркаливание” его ситуации, понимание главного в ней. Кстати, видение – это глубинное постижение сути вещей, по тибетским источникам.

Разрушение. Смерть. Связанность психической ткани. Хотелось бы соотнести эти понятия. Думается, что это может помочь понять некоторые тенденции духовного кризиса как явления.

Психическая ткань, по данным физической, эзотерической и, сегодня, уже и психологической науки, имеет свою структуру. Процесс изменения сознания вынужден её отчасти разрушить, растворить, привнести новые энергии и построить новые психические образования. Они должны соответствовать внутренней программе индивида, его мандале, внутреннему “я” или центру. Соответствие ему осознаётся как доверие себе, даёт равновесие, становится основой для воссоздания нового равновесия и доверия по отношению к внешнему миру.

Падение, отход высшего “я” ощущается как тьма, беспомощность, покинутость богом и людьми. ПОИСК ВНУТРЕННЕГО СВЕТА И ЕСТЕСТВЕННОЕ ПРОЯВЛЕНИЕ ЕГО ВО ВНУТРЕННЕМ И ВНЕШНЕМ МИРЕ ДАЁТ ВЫХОД ИЗ КРИЗИСА, ВОСТАНАВЛИВАЕТ ПСИХИЧЕСКОЕ И ДУХОВНОЕ ЗДОРОВЬЕ ЧЕЛОВЕКА. Это возвращает радость существования, вновь зажигает глаза светом любви – духовной, божественной ‑ это можно по-разному называть. Искренность, таким образом, прочитывается как открытость искры божьей, того огонька жизни, который говорит о душевном здоровье человека. Его естественном желании жить и взаимодействовать с миром. Даёт ему полную силу открыться миру и черпать из своего внутреннего источника свет знаний, любви и силы.

2.2. Предложения по организации кризисного центра

Чем бы ни объяснялся духовный кризис – это выход из равновесия, отсутствие покоя и, значит, силы внутри. Или это наличие спонтанного, нерегулируемого её проявления, которое подчас ведёт к личностной и социальной неадекватности.

Значимость такого кризиса велика, но и опасность неразрешённости тоже.

Выходит, человеку необходимо вновь обрести источник покоя, силы, равновесия, гармонии и движения жизни – цель, наконец.

Конечно, он всё это имеет в себе. Но самому ему до них бывает не добраться, не увидеть, не овладеть столь необходимым. Ему нужна поддержка, а то и учитель. Это, прежде всего, природа. Её красота и гармония как наивысшая целесообразность. Через чувства и ощущения с нами говорит огонь, вода, воздух, земля, металл – пять элементов, пять стихий. Каждая планета, звезда и солнце, в том числе, несёт свою информацию и качества. Со всем этим можно учиться общаться достаточно сознательно. Этого ждёт и наша духовная природа, психическое существо или центр.

Человечеству даны эти знания. Их можно почерпнуть из книг и знаний истинных гуру; их может открыть в себе, проходя через духовный кризис человек в собственном высшем “я” – в макро и микрокосмосе. Но даже бессознательное общение с природой – речкой, деревом, муравьём, солнышком, землёю, лугом – способно поддержать и гармонизировать, залечить многие раны и научить жить, двигаться, радоваться, дать силы, наконец.

Природа учит каждым своим листочком, своей структурой. Красота её так совершенна и сильна одновременно, что, попадая в её лоно, мы уподобляемся ей. Это происходит, если мы к ней открыты. Хотя… многие горожане забыли о том, что это такое. Чего ждать? Или красота, сама, захватит их, размягчит и расширит – до себя, или они останутся прозябать в своём футляре дальше.

Но и естественному раскрытию, совместимости с лесом, водою и прочим можно учить. Во всяком случае, предоставить для этого все возможности.

Что для этого нужно?

Предлагается, наряду с городскими, создать кризисные центры на природе. Вот требования к ним. Они исходят из потребностей и пожеланий некоторых переживших духовный кризис людей.

Требования к кризисному центру:

1. 1.Высокий профессиональный и духовный уровень специалистов и обслуживающего персонала, их доброта, открытость, искренность, естественность. Подбор для работы группы единомышленников, испытывающих потребность в служении людям, и в том числе имеющих планетарное мышление. 

2. 2.Экологически чистое и красивое место на природе. Наличие чистых водоёмов и питьевой воды. 

3. 3.Обеспечение физической и психологической безопасности и комфорта людям разного склада. Наличие палаточного городка и более цивилизационного образования из коттеджей, зон полного уединения и возможности спать на земле и смотреть на небо и звёзды (это могут обеспечить тюфяки с соломой и палатки с крышей из тончайшей сети). 

4. 4.Удовлетворение потребности в общении со специалистами, понимающими все особенности процесса и людьми, которые сами пережили духовный кризис. Обеспечение средствами связи тех, кто хочет уединения. 

5. 5.Обучение жизни в новых границах личности, физической, психической и социальной адаптации. 

6. 6.Обучение безопасному, позитивному мышлению и, в том числе в новых сферах сознания, силах, возможностях – вплоть до парапсихологических. Если они уже появляются, рождаются, мы не имеем права их убивать, как и всё, что в нас появляется нового. 

7. 7.ОСОБО: соединение новых возможностей с обыденной жизнью. Философское, а также рациональное обоснование необходимости в этом, понимание этапов этого процесса. Воспитание стремления к необходимой для выживания и гармонического существования соединения противоположных сфер человеческого существа и сфер его проявления. Обучение построению гармонического бытового и делового – жилого пространства, умению его моделировать и правильно использовать. 

8. 8.Обучение общению с силами природы и природными стихиями (спонтанному и более глубокому – эзотерическому). 

9. 9.Выработка индивидуальных программ реализации новых возможностей. 

10. 10.Освоение новой роли – роли Хозяина своей жизни, её ситуаций и процессов. Обучение гармоническим способам общения с собой и людьми. Тренинги по выработке навыков эволюционного и более высокого уровня взаимодействия. Обучение другим социальным и личностным ролям. 

11. 11.Обучение моделированию, творчеству в своей жизни – в каждой её сфере. 

12. 12.Наличие очистительных процедур и ритуалов. Индейская, туристская и обычная бани, фитотерапия, закаливание, купание в росе, очищение глиной, другие народные и медитативные методы очищения тела и психических пространств человека – всех адаптированных современной психологией и психотерапией известных с древности практических знаний помощи. 

13. 13.Проработка, в необходимой для каждого мере, вопроса своего места в мире или цели воплощения, как говорят эзотерики и пионеры психологии, черпающие свой потенциал в сознании непрерывности и единства эволюционного процесса человечества. 

Перечисленные требования могут лечь в основу формирования устава и программы кризисного центра для людей, ищущих психологической поддержки.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Данная работа, являясь, с одной стороны, теоретическим обзором, с другой стороны, фактическим материалом, может быть продолжена как научное исследование для фактологического подтверждения фактов и эмпирических выводов. Однако, в результате анализа специальной литературы, и наблюдения в процессе консультирования конкретного случая духовного кризиса, можно сделать вывод о том, что явление духовного кризиса действительно выделяется из ряда психопатологий в отдельный ряд психических явлений, процессов, к которым требуется совершенно уникальный, неординарный подход. Духовный кризис, не являясь психической болезнью, сопровождается очень тяжёлыми переживаниями и состояниями требующие терапии, но терапии творческой, духовной.

Поэтому следует вывод о необходимости подготовки специального персонала, обслуживающего кризисные центры и разработки специального проекта кризисного центра, решающего перечисленные проблемы.

Отечественные авторы не так часто обращаются к темам духовного кризиса, поэтому данная работа актуальна и полезна многим идущим по пути духовного развития. Опыт и свидетельства других авторов показывает, что люди, пережившие духовный кризис и интегрировавшие этот опыт, в дальнейшем переходят в фазу интенсивного личностного развития, повышения эффективности, достижения целей. То есть они становятся активными членами общества, демонстрируя незаурядные результаты своего творчества и труда.

Поэтому грамотное сопровождение в период духовного кризиса позволит сохранить богатейший генофонд нашего общества, неординарных, талантливых людей, которые могут дать полезную нестандартную продукцию своей деятельности.

Кроме перечисленного данная работа предлагается как основа для создания учебной программы по курсу “Кризисная психология”.

БИБЛИОГРАФИЯ

1. 1.Сборник “Духовный кризис. Когда преобразование личности становится кризисом”, /Издательство Трансперсонального института/ 2000 г. 

2. 2.Л.Кроль, В.Майков “Кризис – это наше всё”, [1]. 

3. 3.Станислав Гроф, Кристина Гроф “Духовный кризис, понимание эволюционного кризиса”, [1]. 

4. 4.Роберто Ассаджиоли “Самореализация и психологические нарушения”, [1]. 

5. 5.Р.Д.Лейнг “Трансцендентальный опыт и его отношение к религии и психозам”, [1]. 

6. 6.Джон Уэйр Перри “Духовный кризис и обновление.”, [1]. 

7. 7.Хольгер Кальвайт “Когда безумие благословенно: послание шаманизма”, [1]. 

8. 8.Ли Санелла “Кундалини: классический и клинический подходы”, [1]. 

9. 9.Энн Армстронг “Вызов психического раскрытия: личная история”, [1]. 

10. 10.Кейс Томпсон “Опыт встречи с НЛО как кризис трансформации”, [1]. 

11. 11.Джек Корнфильд “Препятствия и превратности в духовной практике”, [1]. 

12. 12.Рам Дасс “Обещания и ловушки духовного пути”, [1]. 

13. 13.Станислав Гроф, Кристина Гроф “Поддержка в духовном кризисе”, [1]. 

14. 14.Брюс Грейсон, Барбара Харрис “Консультирование людей переживших околосмертный опыт”, [1]. 

15. 15.Пол Ребилло “Путешествие героя: ритуализация мистерии”, [1]. 

16. 16.Жанин Прево, Расс Парк “Сеть поддержки в духовном кризисе”, [1]. 

17. 17.Станислав Гроф, Кристина Гроф “Эпилог: духовные практические ситуации и глобальный кризис”, [1]. 

1. 18.Cборник, издательство /Педагогика‑пресс/ 1955 г 

2. 19.Дэвид Фонтана “Как справится со стрессом”, [18]. 

3. 20.Гленис Перри “Как справится с кризисом”, [18]. 

4. 21.А.Брум, Хелен Джеллико “Как справится с вашей болью”, [18]. 

5. 22.Лисбет Ф.Брюдаль “Психические кризисы в новой перспективе”, /Европейский дом/ Спб 1998 г. 

6. 23.Гейл Шихи “Возрастные кризисы (ступени личностного роста)”, /Ювента/ Спб 1999 г. 

7. 24.Бернард Ливенхуд “Кризисы жизни‑шансы жизни”, /Духовное познание/ Калуга 1994 г. 

8. 25.Сборник “Психология возрастных кризисов. Хрестоматия”, Минск. Харвест, 2000 г. 

9. 26.Г.Абрамова “Что такое возрастная психология?”, “Поток жизни”, [25]. 

10. 27.Игорь Кон “Возрасты. Возрастные категории”, [25]. 

11. 28.Григорий Кваша “Возрастной гороскоп”, [25]. 

12. 29.Максим Максимов “Есть ли средства против кризисов?”, [25]. 

13. 30.К-Г Юнг “Жизненный рубеж”, [25]. 

14. 31.Гейл Шихи “Тайны жизненного цикла”, “Я уникален”, “Обновление”, [25]. 

15. 32.Чогял Намкай Норбу Ринпоче “Дзогчен. Состояние самосовершенства. Кукушка. Состояние присутствия”, /Кит.Арт/ 1989 г. 

16. 33.Бенджамин Колодзин “Как жить после психической травмы”, /Шанс/ 1992 г. 

17. 34.Н.Пезешкян “Торговец и попугай. Восточные истории и психотерапия”, /Прогресс Культура/ Москва 1992 г. 

*Скачать ДИПЛОМ

АРОМАТЕРАПИЯ КРАСНОРЕЧИЕ ПРИГЛАШЕНИЕ К ТАНЦУ Г-РА-ЦИ-Я КИСТОЧКОВЫЙ МАССАЖ ДИПЛОМ